Старец Фаддей Витовницкий  Мир и радость в Духе Святом скачать

Содержание

 

О сборнике

Предисловие

Жизнеописание

Беседы, поучения, проповеди

О жизни духовной

Монашеский путь старца Фаддея

Сосредоточим мысли на мире и тишине

Смиренный каждого считает лучше себя

Господь хочет сделать людей богами

О смирении

Как нам научиться послушанию

Без Бога нет жизни, ибо Он — любовь

Духовному росту нет предела

Отдать все в руки Божии

На зло нельзя и не должно отвечать злом

Православное миссионерство

Данный нам крест мы должны нести до конца

Сила доброй мысли

Слава Богу за все!

Наши мысли — источник гармонии или дисгармонии

Каждое мгновение жизни нужно посвящать Господу

Витовницкий стослов

Только Господь дает мир всякому творению

Покаемся, изменимся!

Мир и радость — величайшее богатство


 
 

 

О СБОРНИКЕ*

Этот сборник представляет собой первый шаг к знакомству с тайной личности подвиж-

ника и духовника старца Фаддея Витовницкого** и его церковной деятельностью.

В нашем распоряжении было большое количество уже опубликованных проповедей, на-

ставлений и бесед со старцем, а также много аудиокассет с записями его речи. Качество за-

писей преимущественно было плохим, что усложняло работу по их расшифровке. На некото-

рых кассетах стояла дата и место записи, на других были только даты, а на каких-то не было

написано ничего.

Для издания книги мы решили подготовить текст следующим образом: аудиозаписи мы

переписывали  подряд,  каждому  поучению  давали подзаголовок, используя  для  этого  основ-

ную мысль старца в поучении. Таким образом, беседы в этом сборнике чаще всего подаются

как ряд связанных между собой наставлений.

Мы не хотели изображать старца более «ученым» (в мирском смысле), чем он был — отец

Фаддей  всегда  говорил  исключительно  простым,  евангельским  языком,  на  диалекте  своего

родного края. Но мы не были расположены и к тому, чтобы совершенно сохранить разговор-

ный вариант его слов, а пошли средним путем: полностью передавая чистую мысль, слова и

выражения старца, согласовывая их с литературными нормами.

Книга «Мир и радость в Духе Святом» является плодом соборного труда и любви многих

духовных  чад  старца  Фаддея  Витовницкого.  Они  содействовали  появлению  в  свет  этого

скромного сборника — словесного хлеба, замешанного на «слезах и молитвах» многих верую-

щих сердец.

* От составителей сербского издания. (Прим. ред.)

** Монастырь Витовница посвящен Успению Пресвятой Богородицы и находится на правом берегу од-

ноименной реки недалеко от городка Кучево, восточнее города Петровац на Млаве. Согласно преданию,

возведен сербским королем Милутином после победы над болгарскими мятежниками в конце XIII века.

Как и все сербские монастыри, он находится в стороне от больших дорог, в красивейшей тихой местно-

сти. Монастырь сполна разделил судьбу народа и этого края, он был несколько раз разрушен и сожжен,

но каждый  раз вновь  восставал из пепла.  Старец  Фаддей,  родившись  в  селе  Витовница,  рядом с кото-

рым  расположен монастырь в  честь Успения Матери Божией, впоследствии значительную часть своей

жизни провел в этой обители, куда к нему стекались люди со всей страны. (Прим. пер.)


 
 

 

ПРЕДИСЛОВИЕ*

Господь  Живой  даровал  многострадальной  Сербской  Церкви  и  народу  старца  Фаддея

Витовницкого (†2003) как Небесную помощь и утешение  — это был один из самых духонос-

ных  старцев  XX  века.  Его  монашеская  жизнь  началась еще  до  Второй мировой войны. Ду-

ховное  чадо  старца  Амвросия  Мильковского,  ученика  преподобного  Амвросия  Оптинского,

отец  Фаддей  постигал  от  своего  духовного  отца  тайну  послушания,  учился  трезвению  ума,

Иисусовой молитве и сострадательной любви ко всему и вся. У святых отцов Церкви, истин-

ных носителей опыта спасения и обожения, он учился достижению цели человеческой жизни

— стяжанию «крайнего смирения как совершенства христианской жизни».

Вобрав  от  оптинских  и  валаамских  преподобных  старцев  дух  послушания  духовному

отцу,  соединив  его  с  духом  горняцко-туманских  исихастов  —  учеников  синайских  исиха-

стов**, которыми рука Божия «засолила» средневековую Сербию, отец Фаддей в своем духов-

ническом служении на протяжении многих десятков лет воплощал опыт благодатного старче-

ства, хранимого Святым Преданием Церкви.

Неустанный  служитель  Божественной  Литургии,  неустанный  делатель  Иисусовой  мо-

литвы, неустанный духовник-врач тысяч и тысяч верующих душ, старец Фаддей среди сер-

бов Христовых жил филокалической*** духовностью святых отцов, собственной жизнью сви-

детельствуя опыт преподобного Серафима Саровского: «Стяжи дух мирен, и тысячи спасутся

вокруг тебя».

Тихий и кроткий, как и его Господь, — «Агнец, вземлющий на Себя грехи мира», ходил

старец Фаддей в поисках мира и радости Царства Небесного по долине страдания и слез XX

века как пастырь добрый, который, принимая на себя бремена и немощи алчущих и жажду-

щих  Бога  Живого,  носил  на  себе  раны  рода  своего  как  собственные,  ведомый  благодатью

Божией ко Христу Спасителю, Единому Человеколюбцу.

* Сербского издания. (Прим. ред.)

** Связи Сербии и Синая восходят еще к эпохе святого Саввы. О присутствии на Синае сербских мона-

хов  свидетельствуют  синайские  рукописи  XIII  века.  Духовное  влияние  Палестины и  Синая на Сербию

продолжалось  в  течение  всего  периода  правления  династии  Неманичей  (вторая  половина  XII  века  —

1371 год) и стало еще теснее в период правления царя Лазаря. Особо известна группа синаитов — бли-

жайших учеников родоначальника синаитского направления на Балканах XIV века преподобного Гри-

гория  Синаита,  которые  позже  рассеялись  по  разным  краям  балканских  православных  стран.  После

Соборов  в  1374  и  в  1375  годах и  выбора  патриарха  исихаста  Ефрема начались массовые переселения

монахов в  Сербию,  и не  только с  Афона,  но и  из других монашеских центров.  Это переселение — муд-

рая политика царя Лазаря и  его последователей  —  способствовало тому, что за краткий период появи-

лось  множество  духовных  центров,  которые  передали  в  Сербии  свой  благотворный  преображающих

дух. Принадлежность к синаитам не значила пребывания их на Синае, а означила то, что все они были

носителями  духовного  идеала  синаитских  подвижников.  Вдохновленное  Григорием  Синаитом,  свято-

горским  «преображением»  и  исключительно  богатой  пустыннической  духовной  литературой,  это  на-

правление монашества было основано на нестяжательности, устремлении к молитвенному уединению,

полностью  сосредоточено  на  Царстве  Небесном,  непрестанной  молитве  и  духовном  совершенстве.  В

монастыре  Витовница,  в  котором  подвизался  старец  Фаддей,  находится могила  «Неизвестного Синаи-

та». (Прим. пер.)

*** Филокалия (греч.) — любомудрие, любовь к духовной красоте, добру. (Прим. ред.)


 
 

 

ЖИЗНЕОПИСАНИЕ

 

 

Жития  святых  —  не  что  иное, как  жизнь

Господа      Иисуса      Христа,     повторенная      и

продленная  в  каждом  святом  в  большей  или

меньшей степени...

Преподобный Иустин Челийский

(Попович)

 

Фомислав  Штрбулович  (в  монашестве  Фаддей)  родился  6  октября 1  1914  года,  в  день

святого  апостола  Фомы,  в  честь  которого  и  был назван.  Его  родители  были крестьянами из

деревни Витовница, которая находится недалеко от городка Петровац на реке Млава. Фома

был рожден недоношенным семимесячным младенцем, на городской ярмарке. Крестили его

сразу же по рождении, так как боялись, что ребенок не выживет — он едва подавал призна-

ки жизни. Мальчик открыл глаза только после святого крещения. С детства он был хрупкого

телесного  сложения  и  слабого  здоровья,  и  позже,  в  монашестве,  часто  смиренно  шутил  на

свой счет, говоря: «Что из меня могло получиться, если я на ярмарке родился!»

Детство маленького Фомислава в бедной деревенской семье в военные и послевоенные

годы было трудным. Он рано потерял мать, и в родном доме вместо тихих и нежных слов ма-

тери слышались голоса сначала первой, а потом и второй мачехи. Мальчику с восприимчивой

ранимой душой, которая, защищаясь  от грубости  окружения, жила в собственном внутрен-

нем мире, пришлось испытать много боли и печали. Случалось и так, что он «с коркой хлеба в

кармане часто убегал из дома».

Фома сильно отличался от остальных деревенских детей и внешностью, и характером, и

здоровьем — это был его крест. С тех пор как он себя помнит, он не мог есть пищу, приготов-

ленную на масле, не пил молока, не ел яиц и мяса — его ругали, пытались кормить насильно,

но  его  организм  не  принимал  никакой  пищи  животного  происхождения.  До  своих  шестна-

дцати  лет  ел  в  основном  «хлеб,  огурцы  и  лук».  По  милости  Божией, он пришел на этот свет

как на чужбину, чтобы с детства поститься и хранить девство.

Детство будущего отца Фаддея очень напоминало невеселое детство преподобного Ам-

вросия  Оптинского.  Ребенка  часто  бранили  и  высмеивали,  считали  неспособным  к  труду  и

вообще никчемным в жизни. Нередко ему с презрением говорили: «Ни на что ты не годишь-

ся.  Посмотри  на Миладина  (кто-то  из  его  ровесников),  как  он  помогает  отцу,  а ты даром

ешь хлеб!» Эти слова так больно ранили сердце маленького Фомислава, что он убегал в поле и

молился  Господу  об  утешении,  чтобы  Господь  сделал  так,  чтобы  и  он  когда-нибудь  на  что-

нибудь сгодился. Его постоянно мучил страх, что старшие будут им недовольны, и этот страх

никогда не отпускал его.

Без  сомнения,  детскую  душу  Фомислава  угнетала  скорбь,  что  его  отец,  незлобивый  и

спокойный человек, не защищал его и не относился к нему так, как ждало его детское, жаж-

дущее  отцовской любви, сердце: «Я переживал, что он женился после маминой смерти, и у

него  родилось еще двое детей,  а еще больше переживал, когда он женился и в третий раз,

после смерти второй жены. А он, бедный, женился, чтобы в доме была жена, которая бы за-

нималась детьми. И из-за этой мысленной войны с отцом я долго не мог духовно расти».

Еще в детстве Господь начал открывать Фомиславу тайну внутренней жизни — необхо-

димости собирания мыслей, борьбы с рассеянностью ума — тайну, которую он опытно пой-

мет  лишь  спустя  многие  десятилетия  подвижнической  жизни:  «Когда  я  был  маленький,  я

много  размышлял  обо  всем.  В  детстве  я  обращал  внимание  на  мысли,  но,  состарившись,

вижу, что еще не достиг той ступени, на которой был ребенком, потому что Сам Господь

просвещает  детей.  Я  замечал,  что  пока другие  дети  играют,  мои  мысли где-то далеко,  и

это плохо. Я говорил себе, что должен присутствовать здесь мысленно, должен быть сосре-

доточен на своем занятии, но напрасно — мысли постоянно убегали».

В те годы в чутком сердце мальчика рождается ощущение чуждости этому миру, в ко-

тором царят печаль и боль, и тайное желание избавления от суеты мира, желание полностью

посвятить себя Богу, искать радости и утешения только в Нем, Тихом Господе, единственном

Утешителе Своих страдальцев. «Когда я увидел, что родители, близкие, друзья и все осталь-

ные не приносят ничего, кроме боли, обид и ран, я решил больше не жить для этого мира, а

посвятить краткие  дни  до  смерти  Господу.  Я  понял,  что  у меня  нет  никого в этом мире,

кроме Бога».

 

 

1 Даты указаны по старому  стилю. (Прим. пер.)


 
 

 

С другой стороны, Господь просветил разум мальчика, что вся земная жизнь — только

служение, и другой жизни, кроме служения в долготерпении бед и печалей, нет. «Я с детства

понимал, что существует служение: родители служат детям, дети служат родителям; и

тогда мне пришла мысль, что если один служит другому, то и я хочу служить — Богу, по-

тому что Он над всем. Вот так призвал меня Господь с малых лет».

Хотя  детство и ранняя юность старца Фаддея, по промыслу Божиему, были украшены

цветами поздней осени, а не животворящей весны, он всегда с неизменной любовью говорил

о  своей матери (от которой, по  его  словам, он унаследовал душевную  ранимость)  и о  своем

отце,  «мирном,  тихом,  кротком  человеке  необычайной  доброты»,  подчеркивая,  что  до  сих

пор «страдает из-за того, что мысленно обижал отца». На протяжении всего духовническо-

го служения оплакивая этот свой юношеский грех по отношению к отцу, старец, наученный

собственным горьким  жизненным опытом, будет  говорить своим  духовным детям о ключе-

вом  значении  мысленного  и  деятельного  послушания  родителям  по  плоти,  потому  что  «они,

после Господа, наше величайшее сокровище на земле».

После   окончания   средней   школы  с  отличием   Фомислав  пошел  учиться  в  торгово-

ремесленное училище на портного, поскольку не мог заниматься земледелием по физической

слабости. Но не преуспел он и в портновском ремесле, вновь претерпев и здесь много обид и

грубости. Вскоре он заболел туберкулезом.

 

* * *

К восемнадцати годам (1932 год) Фомиславом полностью овладел вопрос о смысле жиз-

ни; в глубине  его  сердца  разгоралось  желание  уйти в монастырь. Он пишет письмо в мона-

стырь  Горняк  с  просьбой  принять  его  туда  послушником.  По  промыслу  Божиему  ответа  не

было полгода, и то, что произошло за этот период, решающим образом повлияло на дальней-

шую жизнь будущего подвижника. Болезнь принимала все более тяжелую форму, и лечение в

больнице  стало  необходимостью. Фомислава поместили в белградскую больницу на Дедине *,

где он находился сорок семь дней. Состояние его оставалось тяжелым. Тогда был собран кон-

силиум,  который  решил  применить  очень  сложную  и  болезненную  терапию:  накачивание

легких  сжатым  воздухом,  соединенным  с  лекарствами. Прогноз врачей был суровым  — без

такого лечения больной не проживет больше пяти лет. Приняв такой диагноз как недвусмыс-

ленный  знак  и  призыв  Божий  отрешиться  от  этого  мира  и  жизни,  Фомислав  отказывается

продолжать лечение, под собственную ответственность уходит из больницы и полностью пре-

дается  в руки Божий. Понимая, что  не  позже, чем через пять лет, то есть до  1937 года, он,

скорее всего, умрет, юноша принимает решение посвятить последние пять лет жизни одному

Господу,  живя  в  монастыре.  «Никому ничего  не  сказав,  не  встав на диспансерный учет,  не

предупредив  отца,  я  поехал  в  монастырь  Горняк,  чтобы  поговорить  с  настоятелем».  Он

объяснил настоятелю свою жизненную ситуацию, сказал, что не проживет больше пяти лет и

хочет отдать их Богу, живя в смирении, покаянии и молитве.

Чудесным промыслом  Божиим при разговоре Фомислава с горняцким игуменом Сера-

фимом,  русским  монахом,  который  спустя  три  года  постриг  его  в  мантию,  присутствовал

«какой-то русский старец-монах», Богом посланный издалека (как когда-то юному Растко —

будущему  святому  Савве).  Мудрый  валаамский  старец  на  следующий  день  сам  подошел  к

юной  богожаждущей  душе  и сказал: «Я  вчера слышал  твой разговор с настоятелем.  Ты не

найдешь ни в одном из здешних монастырей того монашества, каким ты себе его представ-

ляешь;  такое устройство есть только в монастыре  Мильково,  там  собрались русские мо-

нахи, бежавшие из Валаамского монастыря, в Финляндии. Ты должен идти туда — там ты

найдешь то, чего ищет твоя душа!» Так тихий Христос повел за руку того, кто всем сердцем

искал  Его  с  юных  лет.  И  юный  Фомислав  из  Горняка,  задушбины **  святого  князя  Лазаря

Сербского,  «оставив  все,  пошел  за Христом» в монастырь Мильково, близ Свилайнца. Было

это 24 июля 1932 года.

 

* * *

В монастыре Мильково в то время жили русские монахи, которые пришли в Сербию из

известного  Валаамского  монастыря.  В  1918  году  Валаамские  острова  —  «северная  Святая

Гора» —  отошли к Финляндии, и монастырь попал под  юрисдикцию  Финской Православной

Церкви, которая в 1921 году перешла на «новый календарь». Финские власти в 1925 году, по-

сле  большого противостояния, навязали Валааму «новый календарь», и большинство русских

монахов, верных церковному календарю Русской Православной Церкви и не желавших под-

чиниться  такому  административному  насилию, в 1925— 1927 годах были изгнаны из мона-

* Район Белграда. (Прим. пер.)

** Задушбины — храмы и монастыри, строившиеся на пожертвования, главным образом, благочестивых

царей и князей во спасение души. От слова — «за душу». (Прим. пер.)


 
 

 

стыря. Многие из них, прибыв в Сербию, были приняты Сербской Церковью и распределены

по монастырям. Некоторые из них оказались в монастыре Мильково.

Они,  духовно  окормляемые  схиархимандритом  Амвросием  (Кургановым  ***)    ,  духовным

чадом преподобного Амвросия Оптинского, принесли с собой молитвенный дух валаамского

общежительного  монашества,  воспринятый  им  от  Оптиной  пустыни.  Оптина  пустынь,  этот

«общежительный рай на земле,  увенчанный благодатью  старчества», посвященная Введе-

нию  во храм Пресвятой Богородицы, созрела как сокровенный плод святогорской пустыни,

ибо в конце XVIII — начале XIX века ее основали ученики именно святогорского подвижника,

святого Паисия (Величковского).

 

Итак,  монастырь  Мильково  жил  по  строгому  валаамскому  уставу  —  с  многочасовыми

©русскими» службами, строгими постами, длительным монашеским правилом. Божественную

Литургию  служили каждый день. И  старец  Фаддей всю  свою  священно-монашескую  жизнь

будет стараться хранить это правило и подвиг ежедневного служения Литургии, даже в дни

тяжелой болезни, повторяя слова святого Иоанна Кронштадтского, как свои: «Когда я не слу-

жу Литургию, я не живу!»

В монастыре было около тридцати монахов, в основном, русских. Настоятелем был упо-

мянутый  схиархимандрит  Амвросий,  которого  Фомислав,  войдя  в  монастырь  «в  плаще  и  с

куском хлеба в руке», застал «босиком, в препоясанной мантии, месящим грязь, смешанную с

мякиной». Схиархимандрит  Амвросий  был живым солнцем  монастыря  и  «подвижником  свя-

той  жизни». В Оптиной пустыни он был послушником преподобного Амвросия Оптинского,

от которого и принял монашеский постриг. Он стяжал непрестанную молитву и жил в посто-

янной смертной памяти. Вокруг него разливался мир и радость Царства Небесного. По сви-

детельству старца Фаддея, который до конца своих земных дней сохранил пламенную любовь

к своему духовному учителю: «Отец Амвросий излучал невероятную чистую любовь, от оп-

тинских старцев он воспринял лучшее — любовь, он ни разу не рассердился ни на одного мо-

наха, ни на одного послушника, не сказал никому ни одного резкого слова. Он много терпел,

но все прощал. Все свои заботы и трудности он возлагал на Господа и Ему одному открывал

сердечную  боль.  Он  старался  собственным  примером  передать  это  качество  и  братии,  и

многим  удалось  научиться  у  него  хранить  эту  необъятную  бесстрастную  любовь  на про-

тяжении всей жизни».

Этим духом Божественной любви, собственным примером христианской жизни старец

Амвросий воспламенил чистую душу послушника Фомислава, для которого они навсегда ста-

ли мерой истинной жизни, а сам старец Амвросий остался для отца Фаддея неугасимым фа-

келом святости, который вел и вдохновлял его всю жизнь: «Он всегда первым приходил в цер-

ковь на Богослужение и становился на настоятельское место. Было заметно, что он сильно

угнетен,  но  все  заботы  он  возлагал  на Бога и  никому  ничего не  говорил.  Никогда никого не

наказывал, ни о ком не думал плохо, ни на кого не смотрел с раздражением. Каждого любил

таким,  каков  он  есть,  и  молился  Богу,  чтобы  Он  просветил  человека.  Он  учил  примером

своей жизни и старался привести каждого на путь спасения».

Первые  дни монастырской жизни стали временем  самого большого счастья для юного

Фомислава,  которого  в  монастыре  ласково  звали  по-русски  Фомушка:  «Когда  я  пришел  по-

слушником в монастырь Мильково, мне дали четки и научили молиться по ним, так я и де-

лал.  Я  полностью предался Иисусовой молитве.  Я  думал:  "Тебе осталось только пять лет

жизни, давай, не трать их напрасно, найди путь к своему Господу!"»

Со временем  его  физическое  здоровье  окрепло, особенно  от постов. «Слава Богу, я по-

правился, но нервы все еще были подорваны, все мы гордые, мамины сынки», — говорил ста-

рец о тех днях.

«Когда я пришел в монастырь Мильково, первое мое послушание было на винограднике,

я должен был его охранять. Меня мучила сонливость; случилось, что я задремал и не заме-

тил, как воры украли виноград. Просыпаюсь, вижу — нет винограда. Испугался я и в страхе

ждал прихода эконома; тот пришел, все увидел, но мне ни слова. Ничего не сказал! Весь ви-

 

*** Схиархимандрит Амвросий, в миру Курганов Владимир Зиновьевич, родился в Пензенской губернии

в  семье  священника.  После  учебы  в  духовном  училище и  в Пензенской  духовной семинарии  поступил

на историко-филологический факультет Варшавского университета. Закончил университет в годы Пер-

вой  мировой  войны.  До  революции  проживал  в  одном  из монастырей  Херсонской епархии,  затем был

послушником  в  Оптиной  пустыни.  Во  время  Гражданской  войны  состоял  в  Белой  армии.  Был  тяжело

ранен. Эмигрировал в Константинополь, затем в Сербию. Принял монашество в монастыре Петкови-це

в  Шабацкой  епархии  (Сербия),  основанном  епископом  Вениамином  (Фед-ченковым)  в  1922  году.  Был

иподиаконом  у  епископа  Вениамина.  Выехал  в  Болгарию,  где в  1924  году был назначен наместником

монастыря Святого Спаса (Воскресения Господня) в городе  Ямболь.  Подвергался гонениям.  Впоследст-

вии вернулся в Сербию и был настоятелем Мильковского Введенского монастыря в местечке Мильково

Пожаровецкой епархии в Мораве в старой Сербии. Скончался 17 мая в Мильковском монастыре от ту-

беркулеза. Перед кончиной принял схиму. (Прим. изд.)


 

ноград  украден,  а он  ни  слова.  На  следующий  день  приходит  ко  мне  и говорит:  "Фомушка,

батюшка благословил дать тебе новое послушание. Будешь пасти овец и коз на лугу вдоль

Моравы ". Итак я стал пастухом. Но и тут натворил бед. Мне дали Часослов, чтобы я нау-

чился его читать, пока пасу овец и коз. И, читая Часослов, я опять начал засыпать, а когда

проснулся,  смотрю,  где  овцы?  Осталась  только  одна  старая  коза,  все  остальные  куда-то

ушли.  Вскакиваю,  иду  искать.  А  они  ушли  в  поле,  проломили  ограду  и съели  всю  фасоль  у

хозяина. Коза, увидев, что я бегу к овцам, бросилась за мной и чуть полностью не развалила

забор. Когда хозяин увидел, что наделали овцы и козы, то пошел в монастырь жаловаться

отцу  архимандриту.  Отец  Амвросий  попросил  эконома возместить  ущерб,  и  на этом  все

закончилось. А чтобы кто-то из братии мне что-то сказал? Никто, ничего! На следующий

день отец эконом снова приходит и говорит: "Батюшка благословил тебе новое послушание.

Теперь  на  другом  пастбище  будешь  пасти  коров".  Но  история  повторилась.  У  нас  было

шесть коров, а среди них была одна постарше, которая любила тайком уходить и вредить

посевам.  Пока  я  пас  коров,  я  тщательно  пересчитывал  их,  чтобы  опять  не  повторять

ошибку. Я брал с собой и Часослов и читал его время от времени. И так, пока я читал, та

старая  корова ухитрилась уйти и влезть в ближайшие огороды.  Я  читал и поглядывал  на

коров, думая, что все на месте, а когда в следующий раз внимательно посчитал их, то уви-

дел, что нет той коровы. Я обомлел и побежал искать. Пока искал ее то в одном, то в дру-

гом  огороде,  она уже  была в третьем, изгрызла и потоптала всю капусту. Снова крестья-

нин  жаловался,  снова  приходил  эконом.  Следующее  мое  послушание  было  в  трапезной  и  в

храме».

Никто в монастыре никогда не ругал и не укорял его за ущерб, который он нанес мона-

стырю своей невнимательностью. Такой была русская братия монастыря Мильково. Всепро-

щающей любовью стяжалось Небо в земном мильковском монастыре.

Фомислав  стал  духовным  чадом  старца  Амвросия,  у  которого, постепенно  проникая  в

тайну духовного отцовства и духовного сыновства, учился спасительному послушанию, трез-

вению ума и Иисусовой молитве: «Отец Амвросий мне сказал: "Что бы ты ни делал, постоянно

повторяй в себе: "Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя!" Я был еще мальчиком и

слушался его всем сердцем. Каждый день я исповедовался отцу духовнику во всем, что про-

исходит в моей душе, и он советовал мне, как поступать. Спустя определенное время я заме-

тил, что молитва входит в меня вместе  с воздухом, при дыхании. Постепенно молитва сама

стала совершаться в сердце». Так молодой послушник стал смиренным преемником исихаст-

ского духа Церкви, украшенным особым благоуханием умносердечной молитвы.

Господь одарил чистую, послушливую душу даром непрестанной, самосовершающейся

молитвы,  «бесплатной  благодатью,  состоянием  несказанного  мира  и  радости»,  как  старец

любил говорить. «Только тот, кто стяжал бесплатную благодать, может знать состояние

ангелов и святых. Ты знаешь, каким ты был раньше, раздражался, а сейчас нет раздраже-

ния. Нет человека, который может обидеть тебя, ни одна дурная мысль не может навре-

дить, потому что ты защищен, ведом Духом Святым. Можешь понять, как Пресвятая Бо-

городица от материнской утробы до конца земной жизни и в вечности находится в полноте

Божественной благодати».

Всем сердцем и умом, без остатка, предавшись Иисусовой молитве, Фомислав, ведомый

опытной  рукой  старца  Амвросия,  за  короткое  время  преуспел  и  стяжал «бесплатную  благо-

дать» —  благодать внутреннего  мира и радости  в Духе  Святом, благодать действия Царства

Божия и Божественной нетварной энергии в уме и сердце, благодать очищения, умирения и

просветления  ума,  его  таинственной  отрешенности  и  освобождения  от  рабства  рассудку,

чувствам, страстям и миру. Господь, увидев чистоту и усердие, показал юноше, к чему при-

зван   каждый   христианин,   удостоил   его   предвкушения   умно-сердечного   опыта   отцов-

подвижников Церкви, состояния богосветлой целостности.

Старец говорил о тех временах: «За короткое время за полную преданность воле Божи-

ей и искреннюю жажду Бога освятила меня благодать, которая создала в моей душе неопи-

суемую  радость  и  покой...  Я  с  детства  любил  музыку,  но  когда  под  действием  благодати

пытался вспомнить какую-нибудь песню или мелодию, то совсем ничего не мог вспомнить,

только молитва течет тихо, радостно... Слушаю

сердце  и внутри слышу:  "Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй меня грешно-

го!" Пытаюсь вспомнить что-то из прошлого, но не могу — мысли почивают в каком-то не-

изреченном покое, во всем моем существе царит радость и стремление ко Господу. Это со-

стояние святых и ангелов, состояние пребывания в полноте благодати».

Духовно неопытный послушник Фома думал, что все монахи имеют такую благодать; и

лишь позже он поймет, какого огромного дара Господь, по Своей любви, удостоил его, приго-

товляя  к  десятилетиям  голгофского  настоятельско-духовнического  подвига,  который  пред-

стоял ему.

С того времени послушник Фома, будущий монах Фаддей, начинает свой тройной жиз-

ненный  подвиг:  покаянного  стремления  к  этой  благодати  Христовой  (которая  суть  единст-


 
 

 

венная  истинная  жизнь человеческая), трезвенной жизни в ней (когда Господь дарует ее) и

адамова плача и печали по ней (когда она отходит). «Я очень интересовался, что переживали

святые отцы в течение жизни и как им удавалось сохранить бесплатную благодать до са-

мого конца. И понял, что благодать Божью можно сохранить только подвигом трезвенного

собирания  и  хранения  ума  в  сердце  в  непрестанной  молитве.  Если  хочешь  сохранить  ее,

нужно постоянно молиться Богу, чтобы молитвой отгонять тяжелые и мрачные мысли, —

так сохранишь мир и радость, которые чувствуешь, когда ты в благодати». Царство Божие

внутри нас, но  его, как  действующее  и живое, стяжают только подвижники умного трезве-

ния и непрестанной молитвы.

В то время Господь удостоил послушника Фому встречи с иеромонахом, а в будущем —

святителем Шанхайским и Сан-Францисским Иоанном (Максимовичем), который преподавал

в Битольской семинарии и на летние каникулы приезжал в Мильково, чтобы духовно окреп-

нуть и посоветоваться с опытными подвижниками умной молитвы и смирения. Они вдвоем

пололи монастырский сад, и отец Иоанн особенно любил рассказывать молодому послушнику

жития святых и о святых отцах, чьи творения хорошо знал. Часто случалось, что они увлека-

лись разговором на послушании, и эконом монастыря отец Петр делал им замечания и бра-

нил их.

В  монастыре,  помимо  выполнения  физических  послушаний,  Фома  учился  русскому

языку, что дало ему возможность с первых дней монашества начать изучать, а иногда и пе-

реводить  * святых отцов, которые были переведены на русский язык. Это будет иметь для не-

го ключевое значение в будущем, когда он окажется в обстоятельствах, подобных тем, в ко-

торых  оказался  святой  Паисий  (Величковский).  Не  имея  возможности  найти  опытного  на-

ставника,  преподобный  Паисий  руководствовался  соборным  разумом  и  опытом  святых  от-

цов, выраженном в их боговдохно-венных произведениях, богословии и наставлениях.

Ответ на вопрос «в чем истинная цель христианской жизни» Фома стал искать в свято-

отеческих писаниях, которые он постоянно читал на русском языке. Святые отцы,

опытом своего спасения и обожения, как живые свидетели Бога, Который стал Челове-

ком,  из  полноты  своей  благодати  указали  истинную  цель  человеческой  жизни  на  земле.  «Я

хотел,  —  говорит  старец  Фаддей,  —  познать  цель  нашей  жизни  здесь,  на  земле.  Листал

творения святых отцов, смотрел, каким было их внутреннее состояние, они сами описыва-

ли то, что меня особенно интересовало. Как это было у тех, кто жил на земле совершенной

жизнью,  прославленных  Богом  и здесь,  и в вечности.  И  тогда я увидел:  они  объясняли, что

совершенство христианской жизни — в полном смирении». «Святые отцы говорят, — часто

повторял старец Фаддей, — что идеал христианской жизни не в совершении чудес, не в исце-

лении больных, не в воскрешении мертвых, а в полном смирении». Вся жизнь старца Фаддея,

как  и  его  упокоение,  была  непрестанным  подвигом  стяжания  совершенства  христианской

жизни —  крайнего  смирения, подвигом  наиболее  совершенного уподобления смиренному и

тихому Христу, Который «смирил Себя, быв послушным даже до смерти, и смерти крестной»

(Флп. 2, 8).

Между тем такое райское состояние не может продлиться долго, ибо Бог, как объяснял

сам  старец,  не  допускает  неопытной душе  излишне  блаженствовать в  «бесплатной благода-

ти», чтобы человек по своей неопытности не злоупотребил ею.

Меньше  года  спустя  после  прихода  Фомислава  в  монастырь  упокоился  старец  Амвро-

сий,  и  молодой  послушник  впал  в  великую  скорбь,  потерял  молитву,  благодать  отступила:

«Умер мой духовник,  и многие годы я провел в больших душевных  муках. Печаль раздирала

душу.  Страх,  который я приобрел в детстве, снова стал мучить меня». Чтобы как-то уто-

лить боль и тревогу, он брал гармонику, уходил один в лес или в поле и играл: «Я всегда любил

музыку, и это утешало меня». Его душа скорбела — он остался без духовника; он искал уте-

шения у других священников, но душа не  находила его. И когда он уже  почти потерял вся-

кую надежду, Господь неожиданно послал ему утешение. Ему в руки попала книга святителя

Феофана Затворника «Путь ко спасению», и в жизни послушника Фомы еще раз подтвердил-

ся опыт многих отцов: «Когда вокруг нет людей, чтобы утешить нас, тогда Господь прихо-

дит и через книгу, и радует душу».

 

 

* Добротой священника Драгослава Тополца к нам в руки попала фотокопия перевода «Слова святого Исаака Сирина», сде-

ланного старцем Фаддеем, исписанная рукой старца. Старец Фаддей очень любил читать и цитировать святого Исаака, на-

зывая его «непревзойденным психологом» и «одухотворенным таинником христианской жизни». О том, насколько глубоко

старец изучал и переживал слова святого Исаака Сирина, говорят многочисленные подчеркивания и обозначения в тексте

перевода, в местах, которые старец считал особенно значительными, и пометки на полях текста, например: «Важно, важно,

важно!!!», «Духовное знание», «Высокое познание своей немощи», «Ум, ум, ум!», «Основа всякого добра», «Борьба внут-

ренняя!», «Духовные очи!», «Ключ сердца!», «Рассуждение!», «Берегись нерадения и лености!». Отсюда мы видим, что

святой Исаак Сирин, как и преподобный Симеон Новый Богослов, своим опытным богословием и гносеологией оказали

ключевое влияние на формирование личности отца Фаддея как подвижника и духовника. С другой стороны, эта драгоцен-

ная рукопись открывает нам, что старец повторил и возродил в себе древний подвиг монахов-переписчиков и переводчиков

в духе наставления святого Паисия (Величковского) — «Переводить и воплощать!» (Прим. изд.)


 
 

 

После смерти отца Амвросия Мильковского в монастыре произошел конфликт из-за на-

стоятельской должности; начались брожения, единомыслие  братии прекратилось  и она рас-

сеялась:  кто  в  монастырь  Туман,  кто  в  Каленич.  Ушел  и  послушник  Фома  —  в  монастырь

Горняк.  Там  26  февраля  1935  года  от  руки  игумена  Серафима  он  принял  монашеский  по-

стриг с именем Фаддей, а 19 мая того же года был рукоположен в сан иеродиакона.

Вскоре  после  этого  иеродиакон Фаддей переводится  в Белградско-Карловацкую  архи-

епископию в монастырь Раковица, в котором по благословению патриарха Варнавы оканчи-

вает  иконописную  школу,  постигая  таинственное  богословие  иконы.  Но  после  окончания

обучения он не смог заниматься иконописью — из-за слабости здоровья. Его больные легкие

не вынесли бы испарений краски в закрытом помещении.

Трагический  1937  год,  в  который  доктора  пророчили  ему  смерть,  проходит  для  отца

Фаддея в обстановке Конкордатского 1 кризиса и убийства патриарха Варнавы (Росича  2)   .

В 1938 году 21 января в монастыре Раковица отец Фаддей был рукоположен в сан ие-

ромонаха. В тот же  год  патриарх Гавриил (Дожич  3)    как «самого младшего иеромонаха в мо-

настыре» направил его в Печскую Патриархию. Там молодой иеромонах столкнулся с неожи-

данными трудностями. Оказалось, что наместник монастыря иеромонах Иоанн (Зечевич  4 и)

еще  несколько  монахов  из  братии  симпатизировали  коммунистам;  а  один  из  влиятельных

печских коммунистов, известный Драго Калуджерович, периодически приезжал в монастырь

и грозил отцу Фаддею и другим «отсталым» монахам, что когда коммунисты придут к власти,

им не будет места в Печской Патриархии.

Но  в  апреле  1941  года  разразилась  война, и отец  Фаддей, спасаясь от албанцев, с  че-

тырьмя оставшимися печскими монахами как косовский беженец вернулся в Белград, снова

в монастырь Раковица.

 

* * *

Впервые  недели  оккупации  ситуация  в  Белграде  была  очень  тяжелой,  и  иеромонах

Фаддей пытался перейти в Банатскую епархию, к тогдашнему епископу Банатскому, а впо-

следствии Загребскому митрополиту Дамаскину, потому что в Банате был хотя бы, как гово-

рил старец, «хлеб с хлебом, а в Белграде практически ничего».

Но  он был арестован на белградском вокзале  по подозрению в принадлежности к свя-

щенству Сербской Церкви, являвшейся, по мнению нацистских оккупантов, первым и важ-

нейшим  оплотом  сербского  духа  и  сербской  исторической  памяти,  которые  требовалось

уничтожить,  чтобы  сломить  сербский  народ.  Его  доставили  в  Особое  отделение  полиции  с

бессмысленным обвинением  в том, что  он «направлялся в Банат организовывать коммуни-

стические ячейки!», и над  ним  нависла  опасность тяжкого наказания как над  «одним из ор-

ганизаторов бунта против оккупантов». Но после допросов он, в конце концов, был освобо-

жден «за недостатком доказательств».

Выйдя  из  тюрьмы,  отец  Фаддей  сразу  же  отправился  в монастырь Витовница, в свой

родной край. Однако и там «человекоубийца от начала» не дал ему мира. Два дня спустя ко-

мендант области вызвал его к себе и потребовал, чтобы он «как священное лицо прибыл в его

распоряжение».  Иеромонах  Фаддей решительно  отказался, объяснив, что  как  священник не

может это исполнить, так как не имеет благословения своего епископа.

«Это  были  трудные  времена,  —  рассказывал  старец  много  лет  спустя,  —  за  одно

только слово или неисполненное военное распоряжение над человеком нависала тень смер-

ти». Но и тогда отец Фаддей даже под угрозой смерти засвидетельствовал свою преданность

воле  Божией, свое  безраздельное  служение  Христу и Его Церкви, свое  исключительное  цер-

ковное сознание и совесть.

В  1943  году  фашисты  снова  арестовывают  его,  на  этот  раз  в  Петровце,  бросают  в

тюрьму с «двумя спекулянтами табаком» и приговаривают к смерти, потому что он уже был

поставлен на учет после первого ареста в Белграде. Лежа на деревянной тюремной лавке, ие-

ромонах Фаддей думал, что дороги на свободу уже нет: «Я думал о том, что не выйду живым

1 Конкордат — договор Королевства Югославии с Римокатолической церковью о сотрудничестве. Дого-

вор  давал право католической церкви вести прозелитическую деятельность и экспансию против Серб-

ской Церкви  и государственности. Сербское священство и православный народ противостояли подпи-

санию конкордата. В июне 1937 года был организован Крестный ход по Белграду, известный в истории

как  «Кровавая лития».  Все  его участники  — миряне, духовенство, архиереи  — пострадали в результате

жестокого нападения жандармов. Но милостью Божией конкордат подписан не был. (Прим. пер.)

2 Патриарх Варнава (Росич) был отравлен. (Прим. пер.)

3 Гавриил (Дожич) (1881 — †1950) — патриарх Сербский с 1938 по 1950 годы. Архипастырь, преданный

своей пастве до смерти, дважды в 1915 и 1941 годах отказался от возможности эмигрировать и остал-

ся, чтобы разделить испытания с народом. (Прим. пер.)

4  Иеромонах  Иоанн  (Зечевич)  был  наместником  монастыря  Печская  Патриархия  с  1939  по  1941  год.

(Прим. изд.)


 

из тюрьмы. Нет жизни, пришел конец! Боже, Боже!» И пока его терзали эти черные мысли,

Господь  вдруг  вывел  его  из отчаяния  чудесным  видением: «Лежу,  думаю  — нет  мне  спасе-

ния! Отчаяние! И вдруг передо мной появился высокий воин с перекрещенной на груди золо-

той лентой, на голове не было шлема, только лоб чем-то перехвачен, надо лбом прекрасный

султан и военная форма как на древней фреске. Высок, прекрасен! На земле таких не быва-

ет!  Держит  в  руке  свиток  и  смотрит  на меня.  И  я  понимаю  ясно  —  ангел,  утешение  от

Господа! Воин Божий развернул свиток и сказал: "Смотри, на свитке карта Сербии, не бой-

ся, не страшись, предстоит тебе еще многих утешить и ободрить. Ты понял?" Я оглядыва-

юсь  посмотреть,  слышат ли  остальные,  что он говорит. Тогда я не понимал, что в духов-

ном мире  говорят не так,  как в материальном  мире,  как человек с человеком, что мысли

звучат в уме. Человек слышит не телесным ухом, но духовным. А когда я повернулся к нему,

он уже исчез. И я понял, что это было Небесное видение, которое Господь послал мне, чтобы

утешить и объявить о Своей воле здесь, на этом свете. Это было в 1943 году — первый и

единственный раз я видел наяву Божьего посланника, потом только во сне...»

Господь в самую тяжелую минуту, перед лицом смерти, через своего ангела показал ему

путь, каким он должен идти, послушание, которое он должен выполнять, и крест, который он

будет нести, — по всей Сербии утешать, укреплять и окормлять сербский народ Евангелием

Христовым до своего самого последнего вздоха.

Пройдя через тюрьмы в Петровце и Пожаревце, спустя месяц после заточения, 5 марта

1943 года, он был переведен фашистами в монастырь Войловица, где  тогда находился вла-

дыка Николай (Велимирович). По запискам (тогда еще) иеромонаха Василия (Костича), кото-

рый тоже  находился в заключении в Войловице, отец Фаддей попал туда «измученный, весь

во вшах». Но, чуть оправившись, 13 марта 1943 года он, вместе со святым владыкой Никола-

ем и другими заключенными, служил там Литургию. Своим «крестным ходом» по нацистским

тюрьмам  иеромонах  Фаддей  внес  свою  лепту  в  соборное  мученичество  Сербской  Церкви  в

годы Второй мировой войны.

 

* * *

После Второй мировой войны, в 1947 году, митрополит Скопский Иосиф, который в то

время замещал высланного из Сербии патриарха Гавриила, переводит иеромонаха Фаддея из

Белградско-Карловацкой епархии в Браничевскую, в монастырь Горняк.

Но в 1949 году иеромонах Фаддей вновь становится клириком Белградско-Карловацкой

архиепископии  —  епископ  Виссарион,  викарий  Его  Святейшества,  возводит  его  в  сан  на-

стоятеля Белградской Кафедральной церкви, чтобы по благословению патриарха Гавриила в

тот же год направить его настоятелем монастыря Печская Патриархия. Новый игумен застал

Печь в тяжелом состоянии: братские  дома были частично разрушены и заброшены, в мона-

стыре находилось больше десяти семей беженцев и партизанский штаб.

«Очень я там намучился, — рассказывал старец, — коммунисты задавали много забот

и трудностей, чинили препятствия везде, где могли. Но, слава Богу, с Божией помощью мы

все  преодолели».  В  годы  испытаний  в  Печской  Патриархии  из-за  многих  искушений  и  бед,

внутренних и внешних, он снова начал курить (первый раз это случилось, когда еще до вой-

ны он оказался  в Печи), хотя  при слабости  нервов никотин очень вредил ему. Позже, после

жестокой борьбы, он смог освободиться от порока курения.

К тайным глубинам мысленной борьбы он прикоснулся еще ребенком. Он продолжил ее,

став  монахом.  Она  становилась  все  трудней  и  серьезней.  Он  начал  опытно  понимать,  что

быть  христианином  —  значит  вести  постоянную  и беспощадную  мысленную  борьбу  против

смерти и зла в себе, борьбу, не  имеющую линии фронта и привалов, борьбу с неусыпным и

неутомимым врагом: «Как и всякий монах,  я трудился,  молился Богу,  делал множество по-

клонов. Я был в постоянном страхе, чтобы дьявол не явился мне в виде ангела или святого,

но Господь попустил его явление. Однажды, когда я встал на молитву пред иконой, он встал

между ней и мной, чтобы я ему кланялся. Я перекрестился, призвал Господа, а он говорит:

"Я не боюсь креста!" Я читаю молитву, а он снова: "И молитвы не боюсь!" Часто он досаж-

дал  мне;  тогда  я  пошел  к  духовнику,  и  он  мне  говорит:  "Наверное,  ты  молишься  Богу без

усердия". — "Молюсь, — отвечаю, — а освободиться не могу — Ни днем ни ночью не дает мне

покоя его оскал. Что мне делать? Господи, не знаю, как избавиться, нет мне покоя от него!"

— "Но важно и покаяние, молись с покаянием. Если усердно, от всего сердца будешь молить-

ся, он уйдет ", — сказал мне мой духовник». И вот, подобно раннехристианским подвижни-

кам, иеромонах Фаддей в слезах, поту и крови души своей учился тяжелейшей из всех бра-

ней: спасительной борьбе  против «духов злобы», неусыпных  врагов человеческого спасения,

борьбе за обожение, используя непобедимое оружие — покаяние, долготерпение и смирение.

Много лет спустя он рассказывал одному из своих духовных чад, как в то время, из-за

трудных обстоятельств и напряженной внутренней борьбы против искушений страхом, уны-

нием  и  многопопечением,  он  пережил  два  тяжелых  нервных  срыва  —  его  била  сильная


 
 

 

дрожь, во всем теле была страшная слабость. «Я понял это как предостережение Божие, как

знак, что я должен изменить образ жизни, научиться жить, отстраняясь от любой много-

заботливости, я понял, что все мы излишне беспокоимся о себе, и только когда человек пол-

ностью предастся воле Божией, он сможет пережить беззаботный, радостный покой».

Шесть последующих лет он нес крест настоятельского служения в Печской Патриархии,

уча всех своих ближних, всех приходящих к нему предаваться в руки Божий, «единственно-

му Носителю наших мучений, тревог и слез».

В 1955 году по благословению патриарха Викентия и по слабости здоровья старец Фад-

дей возвращается из Печи в Браничевскую епархию, где  в течение  нескольких месяцев ис-

полняет обязанности приходского священника. В 1956 году его вновь назначают настоятелем

монастыря Печская Патриархия, где он остается до 1957 года. И после, в общей сложности,

одиннадцать лет, проведенных в Печском монастыре (три года в составе братии и восемь лет

как настоятель), он опять возвращается в Белградско-Карловацкую митрополию и оттуда — в

Браничевскую епархию, где его назначают настоятелем монастыря Горняк. К этому он полу-

чает и два прихода из шести деревень. Смиренным клириком Браничевской епархии он так

и оставался до своей блаженной кончины в 2003 году.

Много лет в нем пламенело стремление  к Святой Горе, к этому желанному прибежищу

всех  душ, жаждущих  чистоты, смирения, покаяния  и обожения. Иеромонах  Фаддей горячо

желал навсегда уйти в Хиландар, освященный святым Саввой и его отцом святым Симеоном,

чтобы там  найти спасение  души, мир и покой молитвенной и покаянной жизни. Поэтому в

пятидесятых годах он дважды просил у своего епископа благословения на отъезд на Святую

Гору. В 1959 году его прошение было удовлетворено, и он с благословением и всеми необхо-

димыми документами уезжает в Хилендар. На Святой Горе он встретил послушников Наума,

в  будущем  монаха  Стефана,  и  Бранко  Витковича,  будущего  монаха  Георгия,  которые  впо-

следствии  ушли  из  Хилендара  в  Карейскую  пустынь  святого  Саввы,  а  потом  в  монастырь

Руссик.

Но иеромонаха Фаддея в Хиландаре встретили настороженно. Вероятно, это случилось

по двум причинам: во-первых, отец Фаддей приехал туда уже как сложившийся монах, а хи-

ландарцы  охотнее  принимали  «новоначальных  послушников»,  чем  зрелых  монахов,  не  при-

выкших к святогорскому образу жизни. К тому же он был настоятелем в нескольких общежи-

тельных монастырях, а в то  время  в Хиландаре  не  было  ни общежительного устройства, ни

желания его создавать.

Отец  Фаддей  провел  там  около  двух  месяцев  и удостоился чудесного  посещения  Пре-

святой Богородицы. «В Хиландаре я чувствовал себя не очень хорошо, думал, что сердце. И

однажды  ночью  снится  мне  сон,  как  мы  все,  монахи-святогорцы,  идем  на  благословение  к

Пресвятой  Матери,  Игуменье  Святой  Горы.  Братия подходит,  прикладывается к Ее  руке.

Подхожу и я и прошу, чтобы Она умолила Сына Своего и Бога нашего простить мои грехи,

которые я совершил в своей жизни. Жду, что Она скажет. "Это ничего, — отвечает Она, —

просто у тебя очень ослабли нервы". Так сказала Богородица... И мне пришлось вернуться».

Архимандрит Иоанн (Радосавлевич) в жизнеописании старца Фаддея в книге «Монаше-

ский образ жизни» пишет, что спустя два месяца ©хиландарцы сообщили отцу Фаддею, что

он должен вернуться в Сербию, потому что истек срок его визы на пребывание на Святой

Горе.  И,  таким образом, отправили его обратно; а иеромонах Фаддей понял, что причиной

случившегося стало то, что он прибыл на Афон как игумен, а не как послушник...»

Несмотря на горячее желание отца Фаддея обрести покой на Афоне, этому не суждено

было исполниться, потому что, как он сам позже понял, это была его воля, а не Божия, о ко-

торой, по его свидетельству, он постоянно забывал и которая была ему ясно открыта ангель-

ским посещением в 1943 году в петровацкой тюрьме: «Должен ты еще много душ утешить

и укрепить».

Господь  вернул  его  на  родину,  чтобы  там  он  исполнил  послушание  всей своей жизни,

послушание  служения  спасению  исстрадавшихся  душ  в  его  милом  сербском  народе:  «Но

очень мне было трудно. И если бы не Господь, я бы не справился сам. Нужно исполнять по-

слушание, пока Бог дает жизнь и здоровье».

Вернувшись  из Хиландара, он служил быстрицким  приходским  священником, а затем

был назначен наместником монастыря Туман. В 1962 году он, по личной просьбе, был пере-

веден из Тумана в монастырь Витовница, где был назначен также на должность настоятеля.

Там он служил десять лет, окормляя и влашскодольский приход.

С  тем  периодом  связан  такой  случай:  однажды,  находясь  в  крайнем  внутреннем  на-

пряжении  вследствие  мысленной  брани,  отцу  Фаддею  пришлось  «исповедаться  одному  из

своих учеников». После этого он удостоился еще одного Небесного посещения. Проснувшись в

своей  келье,  успокоенный  и  внутренне  окрепший,  он  услышал  голос,  который  сказал  ему:

«Вот так ты должен отдыхать. Не бери на себя слишком много забот этого мира, а храни

свой мир и живи с Богом».


 
 

В другой момент, после  изнурительной духовной борьбы, он совершенно обессилел. «И

тогда, — говорил старец, — Спаситель сказал мне, чтобы я искал защиты у Его Пресвятой

Матери, потому что Она Покровительница и Защитница монахов».

Отец Фаддей, с самых ранних лет стремившийся к монашескому уединению, десятиле-

тиями уклонялся от настоятельской должности. Он исполнял ее как послушание епископу, но

это  стало  для  него  настоящим  искушением:  «Настоятельская  должность  всегда  была  для

меня  очень  трудной,  потому что  мне  приходилось  мысленно привязываться к материаль-

ным заботам о братии, о людях. Я всегда терял ту бесплатную благодать, которую обрел,

будучи послушником. Это создавало новые проблемы в моей духовной жизни и расшатывало

мое физическое здоровье. Появились новые болезни, сдали нервы. По совету врачей одно вре-

мя   я   принимал  успокоительные  лекарства».  Но  они  не   помогали,  потому  что   нервно-

телесная болезнь была следствием тяжелой духовной, мысленной борьбы, которую вел старец

не против плоти и крови, а против духов злобы поднебесных.

Поэтому батюшка на протяжении многих десятилетий своего настоятельского служения

подавал  прошения  о  разрешении его  от этой должности. Он не  мог выносить  тягот настоя-

тельского служения, прежде всего потому, что страдал от раздоров и разномыслия братии. Но

больше всего он всем своим существом жаждал уединенной тихой жизни, в молитве и трез-

вении ума. Но Господь постоянно возвращал его на должность настоятеля монастыря, к на-

роду.

«Я, — говорил старец, — был настоятелем пятьдесят лет. Какие только страдания и

беды не посещали меня в течение этих лет! Восемь раз я подавал прошения об освобождении

меня от этой должности. Господь предостерегал меня не делать этого, не просить освобо-

ждения.  Но  мне  было  очень  тяжело  от  ссор  между братьями,  поэтому я  и  просил  об  от-

ставке. Но так Господу было угодно, Он не хотел, чтобы было по-моему, чтобы мне, как на-

стоятелю, было хорошо и спокойно. И поэтому Господь то разрешал меня, то снова назна-

чал.  Владыка говорил мне: «Что с тобой такое, почему ты не хочешь быть настоятелем?

Другие просят об этом, а ты отказываешься».

Эта сердечная борьба с Богом продолжалась десятилетиями. «Пока мы не смиримся, Бог

не перестанет нас смирять», — будет говорить отец Фаддей в последние годы своей земной

жизни о своем бегании креста и послушания, которое ему определил Господь. В древней ви-

зантийской пословице  говорится: «Если  тебя преследует  царь — беги,  а если  Бог — стой!».

Дивного богоискателя милостиво преследовал Господь, Которого он так жаждал, по той таин-

ственной карте Сербии, что была в руках ангела, явившегося ему в тюрьме в 1943 году, что-

бы уловить его для Своего высшего совершенства — полного смирения в служении всем.

В 1972 году игумен Фаддей, после выхода на покой, был снова назначен настоятелем —

в монастырь Покай-ница, недалеко от городка Велика Плана. В эти духовно трудные для него

дни  он  снова  удостоился  чудесного  сновидения  — предостережения  Божиего: «С тяжелым

сердцем принял я новое назначение в Покайницу. Я боялся опасностей и искушений, которые

готовили мне жители окрестных  деревень.  Тогда мне во сне явился Господь и предупредил

меня не искать освобождения от настоятельства. Я оказался прямо перед Ним, смотрю, на

Нем надета епитрахиль, через плечо омофор, а поверх омофора еще одна епитрахиль. И Он

говорит, обращаясь ко мне: «Что воюешь, если ты не послушен? Всюду, где ты был настоя-

телем, ты досаждал просьбами об освобождении, больше не делай этого. Знай, что каждое

послушание нужно исполнять с большой любовью, ревностно и преданно, не обращая внима-

ния на зависть и злобу, которая кружит вокруг и нападает на тебя, — затем трижды пе-

рекрестил меня с головы до ног, взял в руки епитрахиль и возложил на меня. — Вот крест,

который надлежит тебе нести».

Это был крест благодатного старчества — крест без жалости к себе, крест наставниче-

ства душ, алчущих и жаждущих Бога Живого.

 

* * *

«До 1975 года по состоянию здоровья, да и по природной склонности, я находился в уе-

динении, никуда не ходил, избегал общения», — рассказывал батюшка. Но в 1975 году по на-

стойчивым просьбам брата Драго, преданного богомольца и миссионера, и по благословению

своего епископа отец Фаддей, понужденный любовью Церкви, начинает посещать молитвен-

ные собрания в Крнево: «Тут я впервые встретился с владыкой Афанасием *, который тогда

еще  был  иеромонахом  и  преподавал  на  богословском  факультете.  Тогда  моя  голова  была

полна святоотеческими изречениями.  Народ спрашивает меня то одно, то другое, я отве-

чаю,  вижу,  им  нравится  то,  что  я  говорю.  Там  я  познакомился  со  многими  богомольцами,

* Епископ Захолмский и Герцеговинский Афанасий (Евтич) — богослов, духовный писатель, публицист,

переводчик. (Прим. ред.)


 

которые в поучениях святых отцов нашли ответы на многие мучившие их вопросы. С тех

пор люди начали все чаще и чаще приходить ко мне, а сейчас постоянно приходят».

Послушавшись гласа Церкви, старец Фаддей начинает новый подвиг неустанного само-

распинающего духовнического служения, которое продолжится до его кончины: «Мне прихо-

дилось  много  говорить,  и  меня  стало  мучить  горло,  у меня  началось  воспаление,  которое

мне так и не удалось полностью вылечить. Иногда мне было очень тяжко, я едва мог слу-

жить Литургию».

В  1978  году  отец  Фаддей  рассказывал  духовной  дочери  о  своем  видении,  которое  он

имел во сне: «Я только заснул, и снится мне, что я умер. Двое отроков привели меня в ка-

кую-то комнату и поставили на возвышение между собой. Справа от меня были судьи; сле-

ва,  с  краю,  кто-то  обвинял  меня,  говоря:  "Вот  он,  кто  ни  с  кем  не  может  ужиться!"  —  и

дважды  повторил  эти  слова.  А  юноша,  стоявший  справа,  сказал  мне:  "Не  бойся!  Неверно,

что ты не можешь ни с кем ужиться, ты с самим собой не можешь!"»

Изречение святого Исаака Сирина: «Помирись с собой, и с тобой помирятся земля и Не-

бо!» старец-духовник бесконечное количество раз повторял своим духовным чадам. Это дела-

ние  опытно  стало  его  единственным  путем  к  спасению.  Тихий  старец  преклонился,  чтобы

Господь повел его за Собой.

А  как  он  утешал  и  укреплял  сотни,  тысячи  убогих,  последних,  бедных,  неприметных,

обремененных, непонятых, больных и ищущих Бога, приходивших к нему? Именно так, как

его самого утешал и укреплял Господь. Он объяснял им, что они возлюбленные Христовы, что

Христос любит больше всего на свете  именно их. Что именно ради них Господь принял кре-

стные страдания, и потому Он любит больше всего тех, кто страдает, и за них Он готов быть

распятым  снова и снова. «Как мы узнаем, что мы угодны Богу? А вот как: если Господь ве-

дет нас по пути страданий, горя и бед, сердечных потерь и боли, это значит, что Господь

любит нас», — говорил Витовницкий старец.

Один паломник после долгой духовной беседы с отцом Фаддеем в 1978 году в монасты-

ре  Туман записал следующее: «Он покорил меня несколькими фразами, которыми мы обме-

нялись  в монастырском  саду...  Он был небольшого  роста,  худощавый,  седой,  с добрыми ка-

рими глазами; в его голосе звучало смирение и радость. Чувствовалось, что он исполнен чем-

то  таким,  что  притягивало  к  нему  людей.  Он  излучал  свет;  людям  хотелось  находиться

рядом с ним».

 

* * *

Из монастыря Покайница отец Фаддей был переведен на должность духовника в мона-

стырь Туман, а в 1981 году — в Витовницу. С начала восьмидесятых годов к старцу начина-

ют  стекаться  сначала  ручейки,  потом  речки  и,  наконец,  полноводные  реки  паломников  и

кающихся из всех городов Сербии, а из Белграда особенно. Туда, где есть чистый источник,

стремятся жаждущие, чтобы умыться и утолить жажду.

Беседы,  наставления,  советы,  чтение  молитв продолжались часами, до  глубокой ночи,

до зари. Исповеди вливались в Литургии, вечерние службы — в ночные беседы. Великая тай-

на свершалась в тишине Витовницы — тайна спасения человека.

От  долгих  бесед,  от  переживаний,  от  чужих  бремен  и  страданий,  которые  батюшка

принимал  на  себя  иногда  до  полного  изнеможения,  его  здоровье  еще  больше  пошатнулось,

душевный  мир  нарушился.  Он  говорил,  что  когда  мы  молимся  за других, то  принимаем  на

себя  часть  их  страданий.  Ему  пришлось  пережить  годы  душевных  страданий,  чтобы  нау-

читься  снимать  напряжение,  научиться  внутренне  разгружаться  от  мысленного  беремени

исповедавшихся ему людей, которое он из любви Христовой брал на себя, как пастырь доб-

рый и жертвенный: «Мы должны научиться освобождаться мысленно. Когда мы обременены

чем-то,  надо  обратиться  к  Господу  и  Ему  передать  все  наши  заботы  и  тревоги  о  наших

ближних. Все свои проблемы и проблемы моих близких, которые жалуются мне на что-то,

на свои слабости, — я все передаю Господу и Его Пресвятой Матери, чтобы Они все решили.

И Они решают: Господь и Пресвятая Богородица. А я, что я могу, когда и себя не могу при-

вести в порядок, как же я другим могу помочь?»

Старец годами страдал от нервного истощения из-за тяжелого груза, который он нес. У

него  началась  гипертония,  сердечные  болезни,  потому  что  сострадательное  сердце  глубоко

сопереживает, принимая и разделяя скорби других. Когда любишь людей Божиих, кровь сво-

ей души проливать за них будешь, как Господь на Кресте.

В 1992 году у него случился первый инфаркт, а в 1996 году — второй. «Я пережил два

сердечных  удара, — рассказывал отец Фаддей, — из-за того, что мне приходилось много го-

ворить  с  людьми.  Думал,  что  мне  конец,  но  вот,  ожил,  но  нет  сил  разговаривать,  могу

только  служить и петь. Но что делать, когда люди приходят со своими бедами и забота-

ми?  Раньше я не страдал  от высокого давления, а сейчас, когда слушаю человека, слышу о


 
 

его горестях, то принимаю их на себя и давление поднимается. А лекарства пить не люблю,

но вот жив!»

Паломники спешат в монастырь Витовница как в лечебницу и прибежище для упавших

духом  чад Церкви Божией, к старцу. А он каждого встречает с бескрайней любовью и вни-

манием и беседует с ним в маленькой монастырской кухне, когда холодно, или перед храмом

Успения  Пресвятой  Богородицы,  в  тени  виноградной  лозы.  «Приходят,  чтобы  поделиться

бедой, услышать совет.. А мне нужно каждый день говорить и говорить — даже если бы мои

легкие были стальными, они бы не выдержали. Все эти скорби оставляют след в душе чело-

века. О чем только меня ни спрашивали, а я не знаю... не умею общаться с людьми. До про-

шлого года я не чувствовал возраста, а сейчас я ослаб и не могу долго разговаривать. А то,

что  народ  идет,  так,  видно,  должно  быть...  Последние два месяца я испытываю тяжелые

душевные  страдания,  даже  в  военные  годы  не  было  так  трудно.  Должен,  значит,  и  через

это пройти...»

Батюшка  наставлял  простыми  словами,  своим  благодатно-радостным  ликом,  своим

внутренним покоем, который он излучал. «Иногда ничего не надо говорить. Если мы находим-

ся в присутствии смиренного,  кроткого, полного любви и доброты человека, мы чувствуем

тепло,  как  будто  с  холода пришли  к огню,  который светит и согревает  нас.  Вот  видите,

что значат добрые мысли, добрые желания, полные добра и любви», — говорил отец Фаддей о

смиренном человеке. Но он и сам был таким; и к нему такому шли духовно озябшие верные

чада Церкви, чтобы согреться теплом Царства Небесного в лучах мира и радости Духа Свято-

го, которыми светился старец.

Он был носителем  святоотеческого  смиренномудрия  и простоты рассуждения  и в жи-

тейских,  и  в  церковных,  и  духовных  предметах.  «Любите  малое,  —  говорил  он,  —  и  тяго-

тейте к тому, что скромно и просто. А когда душа созреет, Бог дарует ей внутренний по-

кой. Господь смотрит на вас, и угодно Ему, что вы ищете в Нем покоя. До тех пор, пока ду-

ша не  созреет  для  Господа,  Он  лишь  время  от времени будет  давать ей увидеть,  что  Он

всюду и все исполняет — весь мир, всякую тварь. И тогда так радостно душе! Тогда она ни в

чем не нуждается. Но потом Господь снова отступает от нас, чтобы мы тосковали о Нем и

искали Его всем сердцем».

Всегда с отеческой трезвостью он был мягок со слабыми и страдающими, строг к тем,

кто хотел усовершенствоваться в любви Христовой, а строже всего к себе. Он обладал Небес-

ным даром принятия на себя чужих скорбей и бед.

Для  старца  в  духовной  жизни  «все  было  важным,  ничего  не  было  второстепенным».

Каждая,  со  стороны  казавшаяся  незначительной  проблема  «малого»  человека  была для  него

значительной, потому что он знал, что эта проблема, это страдание могут быть решающими в

спасении этой драгоценной души, ради которой умер и воскрес Христос. Тот человек был са-

мым важным для него, ибо он был самым важным для Бога.

 

* * *

Народ нес старцу все свои сомнения, страдания и боль, и он отвечал и поучал не от се-

бя, не от своего разума, но так, как ему говорил Господь: «Люди приходят ко мне с невыска-

занными вопросами, но Бог знает, что им нужно. Не я. Они думают, что я отвечаю на мыс-

ли их. Господь отвечает, а не я, не я...»

Когда  в  народе  узнали,  что  Бог  дал  старцу  дар  прозорливости,  он,  чтобы  защитить

хрупкие  души  своих  духовных  чад  от  искушения  любого  вида  идолопоклонства  человеку,

пусть даже духовнику, шутил о себе, говоря с улыбкой: «Ну да, вот заберусь на подоконник и

далеко-о-о вижу...»

Среди многочисленных верующих душ, притекавших к старцу в поисках помощи, уте-

шения  и  руководства,  были  и  такие,  кто  приходил  к  нему  с  нездоровыми намерениями, —

кто-то  с  магическими целями, кто-то  из сентиментальной душевной привязанности к нему,

кто-то от духовного невежества, кто-то с лукавством. Батюшка решительно противился это-

му, а из-за некоторых событий и поступков тех, кто представлялся как его «ученики», очень

скорбел и страдал душой. Он научал верующих, что «в первую очередь надо любить Бога, по-

том  родных  и близких, нельзя становиться друг другу идолами, ибо это противно воле Бо-

жией».

Но через такие искушения проходили и древние, и современные старцы всего христи-

анского мира, потому что люди по духовному невежеству всегда склонны поклоняться твари

больше,  чем  Творцу.  Защищая  истину  богоданного  старчества,  батюшка  говорил:  «Смирен-

ный ум не дает нашим святым старцам позволять, чтобы им поклонялись как божествам

и  идолам.  Вот  в  чем  огромная  разница  между  настоящими  духовниками  и  теперешними

"ясновидящими"».

Людям,  которые  приходили  к  нему  в  ожидании  «чуда»  от  разговора  с  ним,  он  по-

матерински нежно объяснял: «Вы приходите ко мне с проблемами, и у меня много проблем, и


 
 

Господь нас всех вместе утешает. Я пожалуюсь вам, вы пожалуетесь мне, и потом все бу-

дет хорошо, потому что Бог нас утешил!» Одна духовная дочь рассказывала, каким образом

старец часто отвечал на вопросы: «После моего вопроса старец кратко отвечал мне, а потом

говорил:  "Знаешь, об этом писали такие-то отцы, давай принесу книгу, почитаем?" На ра-

достное согласие он приносил книгу и час листал ее, находя и вычитывая соответствующие

отрывки, иногда дополняя их своими словами. Я не видела человека, который бы лучше него

ориентировался в священных книгах».

В 1986 году одному паломнику было открыто, что старец, кроме  всех обычных подви-

гов,  в  свои  восемьдесят  лет  подвизался  и  сугубым  подвигом  — он никогда не  ложился. Со-

блюдая монашеские обеты нестяжания, он был беспощаден к себе до крайности и отказался

даже от собственной «личной» келейной жизни — в его келии были стеклянные двери и каж-

дый  мог  видеть,  кто  находится  и  что  происходит  внутри.  Еще  один  паломник  в  1987  году

свидетельствовал: «несмотря на то, что старцу было 73 года, возраст не сказывался на нем,

он был всегда приветливый, радостный, со всеми одинаково гостеприимный, аскетичный —

одним словом, такой, каким должен быть настоящий христианин». Тому же паломнику ста-

рец рассказал один свой сон: он видел себя как бы в большом храме и прикладывался к ико-

нам. Перед иконой Спасителя ему явился Сам Господь в слезах, и на вопрос, о чем Он плачет,

Господь сказал: «Из-за людей, которые отвечают злом на зло». Оплакивающий скорби всех

своих духовных чад, своего народа, всех людей мира, всякой твари во вселенной, витовниц-

кий молитвенник за весь мир был удостоен явления плачущего Господа, тихого Вифанийско-

го Христа, слезами Которого все мы, умершие лазари, воскресаем.

Старец  Фаддей  отечески  кротко  признавался  перед  своими  духовными  чадами:  «Я  не

знал  этого  раньше,  но  сейчас  вижу,  что  я виновен во всем,  и еще как виновен.  А раньше я

удивлялся, почему святые отцы считали себя худшими из людей».

Созерцая благодатным зрением Божественную тайну всего существующего, таинствен-

ное благодарение всякой твари Творцу и ужасающую драму злоупотребления человеком всем

творением и безрадостного, корыстного, неблагодарного, потребительского отношения к жи-

вой и неживой природе, старец Фаддей в те годы так проповедовал своим прихожанам: «Все

больше уничтожается жизнь, гаснет... Это не тайна! Еще десять лет назад, когда выпадал

глубокий снег,  ночью  при луне собирались зайцы, целыми хороводами. Снега много, они ска-

чут — кругом следы, бегают наперегонки друг за другом, кувыркаются в снегу, играют. Ра-

дуются! Радость жизни! Животные чувствуют радость жизни! А мы им нарушаем ее и за-

мутняем.  В  них  есть радость жизни,  а в нас?  Всего  у нас вдоволь,  а нам  все  мало.  Они не

беспокоятся об урожае, не строят амбаров - ничего, и Господь их кормит! Немножко погры-

зут веточек, где-то найдут убежище и засыпают. Они благодарны Богу. А мы нет...»

 

* * *

В 1998 году старец приезжает в Белград, где  произносит свою знаменитую проповедь

©О мире и радости Царства Божиего, как самом великом сокровище человека» в переполнен-

ном зале кинотеатра «Шумадия».

Об этой проповеди  *, которая позже будет неоднократно показана по многим телевизи-

онным  каналам, как об одном из наиболее  значительных событий города в те  тяжелые  дни,

один из свидетелей пишет: «В тот день, 31 января 1998 года, зал был набит битком. Народ

прибывал волнами, и было ясно, что нельзя войти даже в коридор, не говоря уже о зале. Это

было невозможно даже для журналистов телевизионных каналов. Все ждали, что случится

какое-то чудо,  что Господь дарует народу милость видеть и слышать старца Фаддея, ко-

торый  согласился  приехать  в Белград,  уступив настойчивым  просьбам  настоятеля храма

святого Георгия на Бановом холме, чтобы поговорить с людьми, ответить на вопросы. И чу-

до случилось... С быстротой молнии разнесся слух, что директор ближайшего кинотеатра

©Шумадия» решил отменить вечерний киносеанс и уступил зал для встречи с духовником.

Старец вышел на сцену в сопровождении священника, сел, сомкнул веки и углубился в

молитву, его лицо было серьезным и светлым. Не нужно было просить о тишине народ, ко-

торый заполнял  не только зал,  балконы и ложи,  но и каждый уголок большого кинозала —

был слышен каждый вздох в напряженном ожидании, когда святой старец заговорит...»

В 2001 году архимандрит Иоанн (Радосавлевич) напишет о старце Фаддее: «Народ всего

витовницкого края, да и всей страны, почитает его как великого, исключительного духовни-

ка, молитвенного монаха и подвижника. Многие жители Белграда потрясены его наставле-

ниями и советами. Его благообразный лик — седого, одухотворенного старца — словно озарен

светлым духовным миром и радостью. Такие духовники — благодатный дар Божий в наше

суровое время».

* Текст проповеди на стр. 260. (Прим. ред.)


 
 

 

* * *

Последние годы жизни, простирая руки, другими препоясанный и отведенный, куда не

хотел, старец добровольно принял странствие вне своего монастыря и епархии — такова бы-

ла его земная доля, с начала до конца, подобно своему Господу, Который не  имел, где главу

приклонить.

В 1998 году он по несколько месяцев провел в монастырях Дулево, Превлака Михольска

и  Чириловац  в  Черногорско-Приморской  митрополии,  чтобы  окончательно  остаться  в  Бач-

ской Паланке. Там, летом 2002 года его, уже тяжелобольного, навестил митрополит Черногор-

ско-Приморский  Амфилохий,  пришедший  проститься  со  старцем  и  выразить  ему  глубокое

почтение  как одному  из смиреннейших  сербских  монахов  XX века. Старец, уже с большим

трудом, прерывающимся голосом, но исполненный Небесной радостью Царства Божия, поч-

ти шепотом произнес тогда слова, в которых чувствовалась сила свидетельства и предсмерт-

ного завещания: «Все святые отцы, которые прожили добрую, мирную, тихую жизнь, — все

говорили, что совершенство христианской жизни в полном смирении. Значит, терпение —

самая необходимая в жизни вещь. Все терпеть и все прощать. Если мы храним добрые мыс-

ли и желания, они дают нам радость и мир в этой жизни, а особенно в вечности; тогда мы

видим, что смерти нет, что она побеждена. Господь победил смерть и даровал нам вечную

жизнь!»

После инсульта и долгой болезни, в крайней немощи от недуга, до самой смерти совер-

шенствовался старец Фаддей в любви и смирении Христовом. В ночь с 31 марта на 1 апреля

2003 года в Бачской Паланке подвижник преставился ко Господу. В день памяти преподоб-

ной Марии Египетской тихий Витовницкий старец взошел по лестнице послушания Христу и

Церкви к своей цели — Царству Небесному.

Тихим было и его погребение. Он был похоронен 2 апреля 2003 года, в день преподоб-

ного Тита Чудотворца, в монастыре Витовница, недалеко от монастырской церкви, с распя-

тием  в руке  —  как раб  Распятого,  — по-монашески скромно, как и подобало тому, кто всю

жизнь бежал от человеческой славы и похвал. Его отпели и проводили тихими молитвами его

сподвижники  —  монахи  и  монахини  из  множества  монастырей,  с  тихими  слезами,  его  ду-

ховные чада, спешившие со всех краев отечества для последнего целования, скорбя, что оси-

ротели  на  земле,  и  радуясь  Небесной  печалью,  что  обретают  неусыпного  молитвенника  на

Небесах.

Как нередко происходит со многими благодатными душами, излучающими Божию лю-

бовь на все  живое  творение и привлекающими всех к себе, во время погребения старца, по

свидетельству  всех  присутствующих,  с  прощальной  песнью  слетелось  множество  лесных  и

полевых птиц. Божии любимцы проводили своего старца, который так любил их.

 

* * *

Духовническое  служение  старца  Фаддея  спасению  верного  церковного  народа  было,

прежде всего, свидетельством подвижнической и литургической духовности Церкви. Духов-

ник по  послушанию Церкви  ведет человека ко Христу, к единству в Теле Христовом, чтобы

человек, живущий святыми таинствами, исцелился от смертности и тленности. Исцеляет не

духовник,  а  Дух  Святой  Божественной  энергией,  нетварный  источник  которой  в  Личности

Иисуса Христа, Воплощенного Спасителя. Духовно вылечить, очистить, просветить, спасти и

привести  человека  к  обожению  может  только  Господь  Живой  —  Святая  Троица.  Но  Бог  не

может сделать этого без человеческой помощи, без сотрудничества; в этом таинственном со-

трудничестве и заключен смысл православной церковной жизни.

То, что  старец  Фаддей опытно  прошел все  три ступени подвижнического совершенст-

вования, о которых устами святого Максима Исповедника говорит Церковь, — практическую

философию, деятельное любомудрие, естественное созерцание и мистическое богословие, или

иначе:  делание, созерцание  и богословие, где  первое  очищает человека от страстей, второе

просвещает ум истинным ведением в созерцаниях, третье увенчивает его высшими мистиче-

скими состояниями, — знали и чувствовали все, кто встречался со старцем, беседовал с ним,

исповедовался у него и принимал из его рук Причастие. Из смиренных слов старца, который

всегда в третьем лице говорил об общении с духовным миром ангелов и святых, мы понима-

ем,  что  он был причастником и того  высшего  «мистического  состояния» духовно  совершен-

ных, в котором, по словам митрополита Иерофея (Влахоса), «обоженный человек общается с

ангельскими Силами, удостаивается созерцания нетварного Света, в Духе Святом ему от-

крываются  Божественные  глубины,  и  он  принимает  нетварную  Божественную  энергию.

Такому человеку открываются многие тайны Священного Писания, скрытые для других...»

Полностью утвержденный в этом средоточии церковного Предания, старец в свое вре-

мя засвидетельствовал опыт и живое богословие святых отцов в смысле спасения-обожения

человека как личности, как богоподобного существа такими величественными и такими по-

отечески теплыми словами: «Мы не можем обрести спасения, не изменив свой ум, не сделав

 

 

его иным... особым действием силы Божьей, чтобы он стал обоженным, то есть бесстраст-

ным и святым, постоянно мыслящим о Боге, постоянно помнящим о Нем. А зная, что Он в

нас,  а мы в Нем,  мы в Господе  движемся,  словно рыбы в воде,  плывем в Нем. А стоит нам

мысленно выйти (из Него) — мы умираем духовно».

Тихий и кроткий, как и его Господь, — «Агнец, вземлющий на Себя грехи мира», ходил

старец  Фаддей Витовницкий в поисках  мира и радости  Царства Небесного по долине стра-

дания  и слез XX века, как  пастырь добрый, который, принимая  на себя  бремена и немощи

алчущих и жаждущих Бога Живого, носил на себе раны рода своего как собственные, ведо-

мый благодатью Божией ко Христу Спасителю, Единому и дивному Человеколюбцу, единст-

венному и прекраснейшему Господу, Который некогда «...прослезился» (Ин. 11,35).

 

Матфей Арсениевич

 

 

БЕСЕДЫ, ПОУЧЕНИЯ, ПРОПОВЕДИ

О ЖИЗНИ ДУХОВНОЙ

(Беседа 1 февраля 1998 года. Аудиозапись.)

 

Как нам победить зло? Любовью!

Когда  я  был  молодым  монахом,  меня  мучил  вопрос:  «Почему  тот,  кто  искренне  ищет

Бога, столько страдает? Почему так терзается? Не могу больше, Господи!»

Лег; во сне  вижу себя на возвышенности, вижу, как с востока на запад движется вой-

ско, — не земное, а Небесное. Все равны по чину и только один идет впереди всех на шаг.

Поют:

За Царя Славы,

За Царя Небесного

Мы борьбу ведем

За победу над злом.

 

Запел и я (с ними):

За Царя Славы,

За Царя Небесного

Мы борьбу ведем

За победу над злом.

 

Как нам зло победить? Любовью!

За Царя Славы,

За Царя Небесного

Мы борьбу ведем

За победу над злом.

 

Желание служить Богу с самого детства

Желание служить Богу появилось во мне с самого детства; с детских лет я понимал, что

здесь, на земном  шаре, вся  жизнь — служение. Родители служат детям, дети — родителям,

все служат друг другу. Тогда во мне родилось желание служить Богу, потому что Он — Роди-

тель всего человечества и всей вселенной и служить надо Тому, Кто выше всех. Я хотел этого

еще ребенком, сказать об этом родителям я тогда не мог — знал, что не получу благословение,

но, став совершеннолетним, я пошел в монастырь.

Моя  мама  умерла  задолго  до  этого, но  отец  был жив и сначала не  соглашался, но  все-

таки, когда я попросил у него, отца моего, благословения на принятие монашества, он благо-

словил меня, и слава Богу за это.

 

Цель христианской жизни  — смирение

У меня было желание познать цель нашей земной жизни. Сущность жизни не открыта,

и невозможно познать, что такое жизнь, но меня интересовало, что было целью жизни людей,

преданно служивших Богу. Еще давно, в юные годы, я листал творения святых отцов и ста-

рался  понять  их  внутреннее  состояние;  они  сами  описывали  то,  что  интересовало  людей,

ищущих Бога.

Мы  живем  внешней  жизнью,  видим,  как  течет  жизнь,  но  каждая  личность  живет  и

особенной внутренней жизнью. А меня интересовала внутренняя жизнь тех, кто жил на земле

совершенной жизнью и был прославлен Богом и в вечности, и здесь, на земле. И тогда я уз-

нал, что совершенство христианской жизни — в смирении.

 

Монашеское служение человеческому роду

Наше  (монашеское)  служение  должно  быть примером благородства и святости. Здесь,

на земном шаре, мало хороших примеров. Мы слышим много поучительных слов о том, как

мы должны жить и что делать, но еще неясно, сможем ли мы применить их в своей жизни.

Но примеров мало; и, когда мы видим человека спокойного, тихого, кроткого и смирен-

ного,  который  не  сердится,  все  прощает,  все  покрывает  любовью,  этот  человек становится


 

 

примером для нас, и мы хотим всегда быть такими, ибо зло невозможно победить злом. Зло

побеждается добром.

Но не только монахи, каждая смиренная и кроткая душа — пример для всех.

 

Покаяние — возрождение жизни

Необходимо каяться... Это значит не просто пойти исповедаться к священнику, нужно

освобождаться  от  мысленной  нечистоты.  Мы  часто  падаем  в  жизни,  и  священнику  нужно

говорить абсолютно все, как свидетелю нашего покаяния перед Богом.

Покаяние — это возрождение  жизни; значит, мы должны очиститься от своих отрица-

тельных качеств и устремиться к Абсолютному Добру.

Нет непростительного греха, кроме греха нераскаянного, греха без покаяния.

 

Не думать о собственной жизни,

а жертвовать жизнью ради другого

Мы должны защищать друг друга, потому что мы братья, особенно те, кто в одной вере.

Был  такой  случай.  Делегация  от  цареградской  государственной  власти  была  направлена  к

сарацинам, а сарацины сразу же упрекнули нас, христиан, в том, что мы не исполняем запо-

ведь Божию:

— Почему  вы нарушаете  Божию  заповедь о  том, что  надо  любить своих  врагов, и нас

преследуете и убиваете?

Среди христиан был святой Кирилл, который сказал в ответ:

—  Если  в  одном  законе  есть две  заповеди, которые  надлежит исполнять, то  кто  будет

праведен: кто исполняет обе заповеди или только одну?

— Конечно, тот, кто исполняет обе заповеди, — говорят они.

— Каждый из нас прощает своим  личным  врагам, но, как братство, мы отдаем жизнь

друг за друга, ибо Господь сказал: «Нет больше той любви, как если кто положит душу свою

за друзей своих». Мы, как общество, защищаемся и отдаем за ближнего жизнь, ибо вы хотите

поработить нас не только физически, но и подчинить духовно. Поэтому мы и защищаемся от

вас.

Можно вспомнить пример и святого Иоанникия Великого. Он двадцать лет был воином.

Чудеса творил! Где бы ни воевал, всегда одерживал победу, ни разу не был побежден. Нико-

гда он не  думал о своей жизни, но всегда был готов положить жизнь за ближних. И Господь

сохранил  его.  И  когда он позже  принял монашество, то  стал великим  светильником  веры  и

чудотворцем. Много  было  таких  воинов... Праведность думает не  о собственных интересах,

но о жизни ближнего своего.

 

Какие у нас мысли,

такова и наша жизнь

Какие у нас мысли, такова и наша жизнь. Если наши мысли спокойны, тихи, благород-

ны и кротки, такой же будет и наша жизнь. Но когда мы мысленно обращаемся к окружаю-

щим нас обстоятельствам, входим в этот крут размышлений — нет нам ни покоя, ни мира.

 

Всякое дело посвятим Богу

Мы не  понимаем смысла собственной жизни и того, что всякое дело здесь, на земле, и

во всей вселенной — дело Божие. А мы работаем с прохладцей, без души, а этого никто бы не

потерпел, не только Бог. Мы знаем, что вселенная принадлежит Богу, что планета принадле-

жит Богу; и неважно, какое дело нам поручено, — все Ему принадлежит.

Хорош ли человек или нет, благочестив или нет, осознает ли свой долг или нет — он бу-

дет  отвечать  за  это.  Мы  не  должны  обращать  внимание  на  то,  кто  нам  дает  задание,  мы

должны знать, что всякое  дело здесь, на земле, во вселенной — дело от Господа, и нам над-

лежит исполнять его от всего сердца, без остатка. Когда мы так работаем, мы освобождаемся

от внутреннего сопротивления. Тогда каждый наш поступок становится на пользу каждому,

начиная с членов нашей семьи, и всем, с кем бы мы ни находились. Значит, мы всегда долж-

ны быть искренними, тогда мы будем излучать мир, тишину, любовь, будем любимы. Своими

мыслями мы привлекаем или отталкиваем и друзей и недругов, родных и близких. Люди об-

ращают на свои мысли мало внимания, и из-за этого много страданий.

 

О тайне мысли

Все начинается с мысли, и добро и зло. Наши мысли материализуются. По сей день мы

видим, что все, что создано, и все, что существует на земном шаре и во вселенной, есть ма-

териализованная  во  времени и пространстве  Божественная мысль, а мы созданы по образу

 

 

Божиему. Великая награда досталась роду человеческому, но мы не понимаем этого и не по-

нимаем,  как наши мысли влияют на других. Можем  приносить большое  добро  или большое

зло, все зависит от наших желаний и от наших мыслей.

Если наши мысли мирные и тихие, добрые и великодушные, то это влияет не только на

наше собственное состояние, но мы еще источаем этот покой всюду вокруг себя: и в семье, и

в стране, и повсюду. Значит, тогда мы — работники на ниве Божией, мы создаем Небесную

гармонию,  Божественную  гармонию,  тишина  и  покой  распространяются  повсюду.  Если  в

нас живут негативные мысли, то от этого нам бывает большое зло! Когда зло находится в нас,

мы передаем его, изливаем — на родных, в семье, в любом кругу, где находимся. Мы можем

нести и большое добро, и большое зло; а если так, человече, лучше быть добрым, ради собст-

венного же блага! Потому что разрушительные мысли разрушают наш мир, и нет нам покоя.

У нас всегда неправильная точка отсчета. Вместо того чтобы начинать с себя, мы хотим

исправлять других, а себя оставляем на потом. Начни каждый с себя — вот нам и будет мир

повсюду!  Святой  Иоанн  Златоуст  говорит:  «Если  человек  сам  себе  не  навредит,  никто  не

сможет ему навредить!» Видите, мы сами кузнецы своего будущего.

Наш человеческий род своими мыслями нарушает порядок вещей. Древнее человечест-

во было уничтожено по-

топом из-за дурных мыслей и желаний, а у нас сейчас то же самое, наши дурные мысли

не приносят доброго плода. Значит, нам нужно преобразиться. Каждому в отдельности нуж-

но преобразиться, но большая трудность заключается в том, что не было у нас примера ни в

семье, ни в обществе.

 

Надо жить сердцем

Господь  повсюду.  Он  обитает  в  сердце  и  поэтому  говорит,  что  надо  жить  сердцем  и

трудиться с радостью. Когда мы ищем Господа от всего сердца — вот Он, Он здесь! Потому

что Он — наш Родитель. Ведь и наши земные родители ждут от нас внимания, ждут, что мы

вернем им любовь, которую они когда-то дали нам, а мы часто огорчаем родителей.

Значит, Бога надо взыскать всем сердцем. Когда мы упражняемся в том, чтобы все де-

лать от сердца, — вот нам и молитва искренняя, и любовь к родителям и близким, и Господь

рядом.

Каждое наше дело — одновременно и молитва. Если наши мысли сосредоточены на ра-

боте,  если  мы  делаем  ее  от  всего сердца, значит, ради Бога трудимся. А  когда думаем, что

ради людей работаем, тогда это неправильно, получается все наоборот.

 

Молиться Богу всем сердцем

Усердная молитва означает молитву от сердца. Будем молиться Господу от всего серд-

ца. Он не требует философии; нужно только просить от сердца, как дитя родителей: «Помоги,

Господи,  каждой душе и меня не забудь, Господи! Помоги всем обрести покой, и помоги лю-

бить Тебя так же, как ангелы Тебя любят. И дай сил любить Тебя так, как любит Тебя Пре-

святая Матерь Твоя. Дай и мне такую силу, Господи!»

Потому что против любви борьба бессильна, никто не может с ней бороться. Любовь —

непобедимая сила, ибо Бог есть Любовь.

 

 

МОНАШЕСКИЙ ПУТЬ СТАРЦА ФАДДЕЯ*

 

Отец  архимандрит,  расскажите  нам,  что  Вас  подвигло  к  монашеской  жизни  и  что

произошло за то время, как Вы ступили на монашеский путь.

В юности, лет в пятнадцать-шестнадцать, я очень сильно простудился, у меня началось

сильное воспаление легких, и я попал в больницу. Провел там три с половиной месяца, но мое

состояние не улучшилось. Болезнь легких оказалась для меня очень тяжелой. Я никогда не ел

мяса, жирной пищи, даже молока и яиц. От пациентов, которые испытали на себе такое ле-

чение, я знал, что это очень болезненный способ и его не могли вынести люди более сильные

физически; и я  сказал врачам: «Если у вас есть еще какой-нибудь метод  — хорошо,  а если

нет, то я отказываюсь от лечения». Мой отказ вызвал недовольство, и мне сказали: «Ты бу-

дешь нас учить, как надо лечить!? Завтра же отправишься в туберкулезное отделение на

первую процедуру!» Хорошо, завтра вы меня не увидите, — подумал я.

Значит, вы не уверены в моем выздоровлении, — рассуждал я и, смирившись со своим

положением, принял решение посвятить эти пять лет Богу. Но тут возникла другая проблема

— родители были против моего выбора.

Но  я  стоял на своем  и против родительской воли пошел в монастырь Горняк. Приехал

туда вечером; наместник только вышел из храма после вечерней службы. Он принял меня; я

рассказал ему о своем решении, о том, как я представляю себе монашескую жизнь. При на-

шем разговоре присутствовал один русский монах. Я уже не вспомню всего, что говорил на-

местнику, но на следующий день увидел того русского монаха, он нес в храм просфору, воду

и вино; я  пошел за ним. Он вошел в алтарь, а я  остался, чтобы приложиться  к престольной

иконе.  Монах  вышел  и  сказал  мне:  «Я  слышал  вчера  твой  разговор  с  наместником.  Ты  не

найдешь  в  наших  монастырях  такого  монашества.  Такое  устройство  есть  только  у  рус-

ских в монастыре Мильково. Там собрались русские, беженцы из Валаамского монастыря».

«Тебе  надо  туда идти,  только  там  ты найдешь то, что ищет твоя душа», — сказал

он мне. «А меня примут?» — спросил я. «Примут...»

Так я  пошел в монастырь Мильково. У  врат я  встретил молодого  послушника, спросил

его,  здесь  ли  настоятель.  «Здесь»,  —  сказал  он  и  проводил  меня  на  территорию  монастыря.

Вижу, настоятель перепоясал мантию и босиком месит глину; посмотрел на меня и говорит:

«А,  ты  хочешь быть монахом!» — «Хочу», — ответил я. «Хорошо.  А я готовлю  баню для бра-

тии.  Отведи  его  подкрепиться,  —  обратился  он  к  послушнику,  —  и  дай  ему  келью,  пусть

отдохнет, вечером бдение, а он не привык к нашим долгим службам».

Послушник отвел меня в келью отдохнуть. Вечером в б часов начиналось бдение и про-

должалось до 11 часов. Каждый день служили Литургию и полное правило.

В понедельник отец архимандрит позвал меня к себе и спросил: «Ну как, нравится тебе

наша жизнь? Хочешь остаться у нас?» — «Нравится!» — «Хорошо, но хочешь ли ты остаться?»

— «Хочу!» — «Я договорился с отцом Павлом, он ухаживает за виноградником, рядом с вино-

градником есть домик, он там живет. Теперь ты будешь на винограднике, а отец Павел спус-

тится в монастырь помочь братии, потому что он опытный монах».

Отец Павел, пожилой человек, был боснийцем. Он долго жил в Америке, а когда вернул-

ся, пришел в монастырь Горняк и принял постриг.

Так я остался в Мильково.

Пока  архимандрит  Амвросий  был  жив,  все  было  хорошо,  но  после  его  смерти  братия

раскололась. Иеромонах Лука и отец Феофан составили бумагу, которую подписали отец Ан-

тоний, отец Серафим, отец Роман и старец Михаил. Они пришли с ним к владыке и сказали,

что братство избрало настоятелем отца Луку; и владыка Вениамин, который только недавно

получил епархию и не знал о состоянии дел в монастыре, благословил его.

Монах Антоний (сейчас он митрополит в Русской Зарубежной Церкви в Америке) спро-

сил меня: «Как ты думаешь, кого мы должны выбрать настоятелем?» Я ответил, что архи-

мандрит Амвросий сказал, что возглавлять монастырь должен отец Исаакий.

Отец  Исаакий  вместе  с  отцом  Амвросием  были  послушниками  в  Оптиной  пустыни  у

старца Амвросия Оптинского. Оптина пустынь была духовным рассадником, саженцы кото-

рого  пересаживались  по  всей  России.  Духовники,  которые  возрастали  там,  были  известны

своей святой жизнью и мудрыми наставлениями.

Когда  мы  с  отцом  Антонием  поняли,  что  братство  понемногу  распадается  и  духовная

жизнь в монастыре  гаснет, мы решили уйти в монастырь Горняк, настоятелем которого был

отец Серафим, тоже русский, из Польши. Он приехал в Сербию изучать богословие и принял

постриг, после окончания богословского факультета стал настоятелем.

И  он постриг меня  в монашество. Спустя два года предложил рукоположение, а после

рукоположения  по  требованию  Патриарха  Варнавы послал в монастырь Раковица в иконо-

 

* Беседа с монахом Василием. (Прим. изд.)

 

 

писную школу. Там я встретился с отцом Наумом, вместе  с которым мы были в Мильково и

который позже перешел в монастырь Манассия.

В  этот период  приверженцы  Конкордата отравили Патриарха Варнаву, и на патриар-

ший престол был возведен Патриарх Гавриил (Дожич). Он не уделял большого внимания ико-

нописной школе  в Раковице, и она довольно  быстро  перестала существовать. Меня, как са-

мого младшего монаха, перевели в Печскую Патриархию, где был нужен священник, иеромо-

нах.

Началась  война.  Мы,  четверо  сербов,  вернулись  в  Белград,  а  настоятель,  черногорец,

собрав монастырские деньги, уехал в Черногорию. Но по дороге его схватили албанцы, огра-

били и вернули обратно в Печскую Патриархию, а оттуда увезли в Албанию, где он погиб. В

Печи остался один старый монах, отец Полихроний, русский, валаамец; позже, после распада

Югославии, к нему присоединился иеромонах Елисей, клирик Призренской епархии, у кото-

рого раньше был приход рядом с Патриархией.

После  освобождения  от фашистских  оккупантов в Печи служил иеромонах  Елисей; он

много  пил, не  заботился о  монастырском  хозяйстве, и народ на него жаловался. В то время

Патриарх  Гавриил  все  еще  находился  в  изгнании,  и  его  местоблюстителем  был  митрополит

Иосиф. Он вызвал меня из Витовницы в Белград и поручил мне ехать в Печь, взять управле-

ние монастырем на себя. Я знал (так как и до войны бывал в Печи), что там всем заправляют

коммунисты,  которым  я  был не  по  душе. Еще  в то  время  они мне  говорили: «Придет наше

время, не будешь ты монахом, мы тебе дадим другое дело». Поэтому я просил митрополита

направить туда другого человека — наместника монастыря святого Иоанникия Девичского.

Этот архимандрит был наместником в Вуяне во время Александра Обреновича.* А поскольку

деревня, в которой родилась жена Александра, Драга, находится недалеко от Вуяна, то они

часто посещали этот монастырь. Незадолго до мученической кончины они пожертвовали на

восстановление  монастыря  много  золота. Когда они были убиты, архимандрит присвоил зо-

лото  и  купил себе  несколько домов на разных курортах. Я был с  ним  знаком и знал, что  он

хочет уехать на Космет (Косово  и Метохия); тогда я предложил митрополиту Иосифу назна-

чить его наместником Печской Патриархии. Спустя некоторое время, когда Патриарх Гаври-

ил вернулся из ссылки (а он также был знаком с этим архимандритом и не любил его по тем

же причинам), он сразу же пригласил его в Белград и спросил: «Кто поставил тебя намест-

ником  в  Печи?»  Тот  отвечал:  «Митрополит  Иосиф».  —  «Ты  не  можешь  дольше  служить  в

Патриархии, поищи себе другое место».

Затем Патриарх собрал архиереев, чтобы узнать, есть ли кто-то, кто уже был в Печской

Патриархии.  И  тогда  обо  мне  упомянул, кажется, владыка Симеон  (Злоквич), который знал

меня по монастырю Раковица. Он сказал: «Фаддей из Горняка был в Печской Патриархии, а

сейчас  находится  в  Браничевской  епархии».  Патриарх  потребовал  от  владыки  Вениамина

срочно  направить меня в Белград и сказал, что я нужен ему для Печской Патриархии. Вер-

нувшись  из  Белграда  от  митрополита  Иосифа  к  владыке  Вениамину,  я  просил  владыку  не

переводить  меня  больше  из  Браничевской  епархии.  Я  просил  отправить  меня  в  монастырь

Горняк,  где  я  принял  монашество,  чтобы  там  обрести  покой  и  духовную  радость.  Владыка

исполнил мою просьбу, и я остался в монастыре Горняк. Но вскоре владыка получил приказ

по поводу меня от Патриарха Гавриила и сразу же отправил извещение в Горняк, в котором

мне  было  предписано  срочно  явиться  в  епархиальное  управление.  В  то  время  я  служил  в

Близнецком приходе, жил в Сиге, путь до монастыря был неблизкий, и я по нескольку меся-

цев  не  приходил  в  монастырь.  На  Рождество  я  решил  пойти  служить  в  монастырь,  потому

что в Близнецком храме никого не было. Но когда я пришел, мне передали сообщение влады-

ки, и я сразу же направился в Пожаревац. Когда я прибыл, владыка Вениамин спросил меня:

«Почему тебя так долго не было? Патриарх уже два раза спрашивал о тебе. Где ты был?» Я

сказал: «Я же был на приходе и до вчерашнего дня не знал о Вашем сообщении, кроме того, я

попросил Вас не отсылать меня больше из Браничевской епархии». А владыка Вениамин от-

вечает: «Я не буду из-за тебя портить отношения с Патриархом». Он напечатал мне перевод

и говорит: «Вот тебе перевод в Белградскую  епархию, сегодня же передам Патриарху, что

велел  тебе  прийти  к  нему.  Ты  больше  не  являешься  клириком  нашей  епархии».  Когда  я

приехал в Белград к Патриарху, он отправил меня в Печскую Патриархию и назначил наме-

стником. Многие страдания ждали меня там. Но с помощью Божией я все преодолел и после

двадцатилетнего  служения  в Белградской епархии в  1955 году  снова вернулся  в Браничев-

скую епархию, в которой пребываю вот уже 48 лет. Годы пролетели быстро... А врачи сказа-

ли, что я проживу только пять лет. В 1937 году я ждал своей кончины, но вот, Бог продлил...

И так течет моя жизнь.

*  Александр  Обренович  (1876-  1903)  —  Король  Сербии  (1889-  1903),  сын  Милана  IV  Обреновича,  по-

следний из династии Обреновичей. Проводил проавстрийскую внешнюю политику, был крайне непопу-

лярен  у  народа.  Убит вместе с женой, Королевой Драмгой, сторонниками династии Карагеоргиевичей.

(Прим. пер.)

 

 

Отец  архимандрит,  я просил  бы  Вас немного рассказать о Вашей духовной жизни, об

искушениях, о том, как Вы их преодолевали.

Когда я послушником пришел в монастырь Мильково, мне дали четки и научили меня,

как надо  молиться. И  как мне  показали, так я  и делал. Я полностью  отдался  Иисусовой мо-

литве. Я думал, что у меня осталось лишь пять лет жизни и что не стоит тратить их впустую,

я решил искать свой пусть к Богу. За короткое время, в силу моей полной преданности Богу

и искренней жажды Бога, меня осенила Божественная благодать, которая родила в моей ду-

ше неописуемую радость и покой. Слушаю сердце и слышу внутри: «Господи Иисусе Христе,

Сыне  Божий,  помилуй мя грешного». Стараюсь вспомнить какие-то  события, что-то  из про-

шлого, но не  получается; все  мои мысли погружены в какой-то несказанный мир, а во всем

моем существе царит какая-то невыразимая радость и печаль по Бозе. Это состояние ангелов

и святых, состояние совершенной благодати. Только те, кто обрел бесплатную благодать, мо-

гут понять состояние ангелов и святых, руководимых Духом Святым.

Я думал, что все монахи, священники и епископы имеют такую благодать. Однако, мой

дорогой,  я  много  лет  прожил  среди  монахов  и  священников  и  встретил  всего  лишь  одного

монаха, на котором была видна явная благодать Божия. Только одного монаха!

Среди мирян, имеющих семьи, мне встречалось гораздо больше людей, которые стяжа-

ли  такую  благодать.  Приезжал  ко  мне  один человек из города Баня-Лука, который  живет в

миру и упражняется в Иисусовой молитве. У него есть школьный друг, семейный человек —

дети, работа. Не то, чтобы он был особенно набожным, просто очень хороший человек, доб-

рая душа. Как-то они разговорились, и тот предложил своему другу: «Почему бы тебе не за-

няться Иисусовой молитвой?» Приятель удивился и ответил: «Я бы хотел, но не умею». — «Я

научу тебя...» И тот его научил и дал ему четки. В скором времени его друг стяжал благодать,

переродился сам и преобразил свою семью. А этот столько времени упражняется в Иисусовой

молитве, и ничего не  получается... Спустя некоторое время этот человек приходит ко мне и

рассказывает: «Не  знаю,  отче,  какая-то  радость меня  озарила и невыразимый покой. Я по-

стоянно  слышу  в  сердце:  "Господи  Иисусе  Христе,  Сыне  Божий,  помилуй  мя  грешного".  Я

помню, каким был, о чем думал, но сейчас ничего такого нет в моей голове. Я грешил нечис-

тыми  мыслями  о  женщинах,  мог  обидеться  по  любому  поводу,  а  сейчас,  не  знаю,  не  могу

обижаться, не могу объяснить, что со мной произошло. Только радуюсь, во всем моем суще-

стве  царит  какая-то  несказанная  радость  и  покой».  —  Ты  получил  благодать,  —  говорю  я

ему, — и она будет с тобой, пока ты не привяжешься мыслью к какому-нибудь житейскому

попечению. Если это случится, то сначала ты перестанешь слышать в сердце  молитву, а по-

том постепенно потеряешь покой и радость. Тогда тебя опять начнут терзать тяжелые мысли

мира сего, которым управляют демонические силы. Если хочешь сохранить эту благодать, ты

должен постоянно молиться для того, чтобы молитвой отражать тяжелые и скорбные мысли,

и таким образом сможешь сохранить покой и радость, которые чувствуешь сейчас.

Часто от меня отступала благодать, которую я обрел, будучи послушником. Это создава-

ло мне новые трудности в духовной жизни и приносило вред моему физическому здоровью.

Болезнь легких отступила, но появилась новая болезнь — нервное истощение. Я долго не мог

научиться расслабляться, врачи выписывали мне лекарства от депрессии, но они мне не по-

могали.  Советовали  расслабиться,  стать  врачом  самому  себе.  Но  Господь  призрел  на  мою

скорбь, ниспослал мне  Свою силу, и мне  все  чаще стало удаваться успокаиваться. Но и сей-

час,  когда  я  позволяю  материальным  и  другим  житейским  заботам  взять верх, мне  бывает

тяжело  расслабиться,  полностью  предаться  воле  Божией.  В  этом  источник  моих  проблем  с

нервами,  источник  напряжения  и  нервозности.  Если  бы  я,  будучи  послушником,  не  обрел

благодать, то не  воспринимал бы настоятельское  служение с таким трудом. Когда меня ско-

вывают  житейские  проблемы,  я  теряю  покой,  невроз  и  беспокойство  овладевают  мной.  Я

становлюсь напряженным и нервным. Я как-то просил владыку дать мне приход, думал, что,

может быть, там мне  будет легче, может быть, там найду покой. И владыка дал мне приход

Влашский дол. Но  куда ни отправь нервнобольного, ему везде будет плохо. На приходе мне

стало еще хуже. Моя природа слишком ранима, и мне было больно видеть беды и трудности

прихожан и согрешения их. За короткое время мое состояние значительно ухудшилось, серд-

це  колотилось, как у зайца. Я не  мог расслабиться ни днем, ни ночью. Я решил вернуться в

монастырь, чтобы не умереть на приходе. Пришел в Витовницу, меня исповедал один из мо-

их  учеников  и  проводил  в  келью  отдохнуть.  Проснулся,  прислушался, бьется ли мое  сердце

так же  часто?  Ничего  не  слышно. Слава Богу, успокоилось. Тогда я услышал слова: «Так ты

должен расслабляться. Не принимай на себя слишком много житейских забот, а храни свой

мир и живи с Богом. Пусть все идет, как идет».

 

В  монастыре  Мильково  Вы  пережили  лучшие  моменты  в  своей  духовной  жизни.  Ска-

жите нам пару слов о настоятеле монастыря, об отце архимандрите Амвросии.

Отец Амвросий был человеком святой жизни. Во время революции он получил сквозную

рану в грудь, и у него было повреждено легкое. Рана не  заживала и вызвала туберкулез. Он


 

умер  молодым.  Он  был учеником старцев Оптиной пустыни, а особую любовь испытывал к

Амвросию Оптинскому, который постриг его в монашество.

Отец Амвросий все покрывал своей неизменной любовью. Один монах, который в миру

был губернатором, начальником уезда — а это была большая должность в России — очень лю-

бил выпить. Он даже без спроса покидал монастырь, уходил в деревню и мог пропадать там

неделю. Наместник должен был искать его и возвращать обратно. Он пил запоем, а отец ар-

химандрит ни словом не упрекал его за это, все покрывал любовью, как будто ничего не бы-

ло. Видно было, что он страдает из-за него, но никому ничего не говорит. Он всегда первым

приходил в храм на богослужение и вставал на игуменское место. Было видно, что он просто

раздавлен заботами, но молчал и все упование возлагал на Господа. Никогда никого не нака-

зывал. Ни о ком плохого не подумал, даже не взглянул ни на кого с укором. Всех любил таки-

ми, какими они были, и молился Богу, чтобы Он его просветил. Больше всего он учил приме-

ром  своей  жизни  и  старался  примером  привести  других  на  путь  спасения.  Действительно,

отец  Амвросий  был  исключительной  личностью,  преисполненной  любовью  и  лаской.  Жаль,

что болезнь слишком рано забрала его из жизни.

 

Сегодня  возможность  получить  образование  широкому  кругу  людей.  Можете  ли  Вы

объяснить  нам,  какую  роль  имеет  образование  и  какова  его  польза  для  духовной  жизни  и

спасения.

Человек должен учиться, чтобы узнать то, что можно узнать; но школа дает только об-

разование разума, а не духа. Большинство наших богословов, которые преподают в семина-

риях и академиях, живут не так, как учат, в то время как они должны подавать жизненный

пример  детям и молодежи. Однако слова расходятся с  делами, и от этого  рождается много

проблем.

Школа дает знание  для ума, а духовности нет. Но дети должны видеть пример жизни,

потому что он красноречивей слов. Мы можем слышать много поучительных слов о жизни и

духовности, но неизвестно, сможем ли мы применить их в жизни. А когда перед нами живой

пример,  когда  мы  видим,  что  человек  мирный,  тихий  и  кроткий  не  обижается,  когда  его

обижают, тогда и тот, кто учится, захочет быть таким же — наглядный пример дает ему силу.

Жизнь говорит убедительнее слов.

Пример  богоугодной  жизни  укрепляет  теоретические  знания  и  подтверждает  их  на

практике.  Но  так  происходит  не  только  с  богословскими науками, но  и с  любыми другими.

Любое знание, которое человек получает с помощью науки, - дар Божий людям и возвещает

присутствие Бога в мире.

Совсем другое дело — применение на практике полученного знания. Оно зависит, как я

уже  сказал, от нашей жизни — по Богу или против Бога. Поэтому оно бывает или на пользу

или  в  ущерб  человечеству.  Нет  ни  одного  научного  открытия,  которое  Бог  даровал  бы  в

ущерб  человеку.  Все  даровано  исключительно  для  добра и является  только добром. Но  сво-

бодная  воля  человека,  поврежденная,  утратившая  страх  Божий,  превратила  Божие  благо,

дарованное людям, во зло, поэтому мы и страдаем и мучаемся в этом мире.

 

Отец Фаддей,  Вы ведете  духовную  жизнь и поэтому можете видеть духовным взгля-

дом  события,  которые  происходят  в  нашем  мире.  Скажите,  прошу  Вас,  несколько  слов  о

скорбях, которые постигли сербский народ, почему они произошли и как одолеть их.

Ведь  мы  страдаем  потому,  что  у  нас  злые  мысли  и  злые  желания.  Мы  сами  являемся

причиной своих страданий, потому что в нашем народе нет покаяния. Нет покаяния ни сре-

ди верующих, ни тем более  среди неверующих. Пятьдесят лет коммунизма причинили боль-

шое зло, гораздо большее, чем пятьсот лет турецкого ига. Они отдалили народ от Бога, доро-

гой мой. Вот эти  наши плохие  мысли и злые  желания и разорили красоту  мира, они просто

сломали  ее  и  принесли  злые  и  опасные  плоды.  Но  мы  сами  во  всем  виноваты  и  пожинаем

плоды своих мыслей и желаний...

Мы должны возродиться через покаяние. Но это не только исповедь у священника, хотя

и это необходимо для освобождения человека от плохих мыслей. Это поворот к Абсолютному

Добру, то есть обращение к Богу, потому что Бог — Абсолютное Добро. Ради своего же блага

мы  должны  хранить  добрые  мысли  и  добрые  желания.  Но  мы  этого  не  делаем  и  поэтому

страдаем.  Мы  держим  в  себе  много  зла; оно  проявляется  и в семье, и на работе, и во  всем

обществе,  а  результат  —  страшные  страдания.  Вот  видите,  куда  мы  пришли...  Но  плохо  не

только нам, но и всему миру. Однако нам тяжелее оттого, что мы все-таки избранный Госпо-

дом народ, мы — христиане. Наши братья, пострадавшие за Господа, молятся Ему и Матери

Пресвятой, а мы своими мыслями и своими желаниями отвергаем Их. Но все-таки Господь

нас защищает, Он нас крепко защищает. Мы должны освободиться от зла в себе. Пример нам

— история израильтян, Ветхий Завет. Всегда, когда избранный народ израильский отступал

от Господа, небольшой филистимлянский народ побеждал его, и люди сильно страдали. Когда

же израильтяне каялись и обращались ко Господу, небольшим войском они покоряли врагов.

В Книге  Судей перед  нами пример, как  Гедеон, имея  малое  войско  израильтян, с помощью


 

Божией победил мадианитян, которых было много, «как песку на берегу моря». Гедеон снача-

ла собрал большое войско израильтян и собирался оказать сопротивление мадианитянам. Но

Господь сказал ему: «Народа с тобою слишком много...», так что Гедеон большую часть отпус-

тил домой. Но  Господь снова явился ему и повелел оставшуюся часть извести на воду и хо-

рошо наблюдать за ними со стороны. Каждого солдата, который черпает воду ладонью и пьет

из нее, пусть берет с собой. А тех, кто станет на колени или ляжет, чтобы напиться, не берет.

Выбрали всего триста солдат. Всего лишь триста из множества войск. Тогда Господь явился

Гедеону и сказал: «Тремястами я спасу вас и предам мадианитян в руки ваши...». — «Как же

я пойду с тремя сотнями людей против такого большого войска?» — «Победишь с ними!» И

войско мадианитян было разбито. Вот что значит Господь и Его Сила. Мы маленький народ,

но  если бы мы были единодушны  на пути Божием, то  никакой враг не  мог бы нас одолеть,

потому  что  тогда на нас  пребывала бы Божественная  Сила. Перед  одним  бегут тысячи. А у

врагов разлад. Но докажи ты это человеку, когда брат терпеть не может брата... Вот что зна-

чит небольшим числом людей победить более многочисленного и сильного врага.


 
 

 

СОСРЕДОТОЧИМ МЫСЛИ НА МИРЕ И ТИШИНЕ*

Все в нашей земной жизни зависит от мысли. Любая работа, любой труд, любое движе-

ние. Человек говорит мыслью, а не словом. Мы ведем постоянную мысленную борьбу. Наша

жизнь такова, каковы наши мысли.

 

Все — мысль

Все  мысль,  и  воспоминание  тоже  мысль.  Но  наши мысли не  тайна, они явны, их  рас-

крывает  сама  жизнь.  Мы  знаем,  то  есть  нам  не  нужно  говорить,  кто  нас  любит,  а  кто  нет,

уважает или нет, мы это чувствуем, нам это передается. Значит, и духовные качества чело-

века воспитываются с помощью мысли — мы таковы, каковы наши мысли.

Так  постараемся  за  эту  короткую  жизнь,  с  помощью  Божией,  воспитать  в  себе  такое

качество,  как  благородство.  Господь  говорит,  что  Царство  Небесное  не  появится  здесь  или

там, оно внутри нас и среди нас, а это — праведность, мир и радость. Ветхозаветный чело-

век не мог понять безграничной любви Божией, а потому не мог принять и Его заповеди, что

и стало причиной известного обычая: око за око и зуб за зуб. Но даже сегодня в христианст-

ве, не говоря уже о других конфессиях, мы держимся этого правила, и потому нас окружает

зло. Вокруг нас много тяжелых событий, которые разрушают наш душевный мир. Нам и бра-

та родного  трудно  простить, а тем более  чужих. Вот видите, что мы делаем. Как только нас

побеждают злые мысли, мы и сами становимся злыми. Мы, христиане, не должны допускать

зло  даже  в  помыслах,  а  тем  более  на  деле,  иначе  это  будет  означать, что  у  нас  нет сил ему

противостоять.  А  между  тем  в  нас  существует  Божественная  Сила, Божественная  энергия,

Божественная  жизнь, и, когда мы будем держать ответ на Страшном Суде, мы должны бу-

дем  ответить  и за то, как  мы распорядились Божественной силой и жизнью, которые  были

нам дарованы. Что мы создавали во вселенной — гармонию или хаос? Наши мысли действу-

ют  не  только  на  нас,  на  животный  и  растительный  мир  -  они  влияют  на  вечность.  Наши

мысли не только могут разрушить мир на земле, но и умножать зло во вселенной. Весь чело-

веческий род пожинает плоды своих мыслей и желаний. Первые люди погибли в потопе из-за

своих  черных мыслей и злых желаний, вот и мы сейчас настолько увязли во зле, что не  мо-

жем  освободиться  от  него,  и  к  нам  снова  приближается  то  время.  Единственное  спасение,

единственный выход, с помощью Божией, — во внутреннем изменении, в перемене сердца.

Поскольку мы носители Божественной энергии, мы должны всем своим существом под-

ключиться  к  Центральной  Станции  Жизни  —  к  Господу,  чтобы  эта  энергия  действовала  в

нас, а не  сила зла. Обратимся к добру, чтобы вокруг нас было добро. Сохраним добрые, Бо-

жественные мысли, сохраним свой душевный мир, и он будет светиться в нас и вокруг нас —

вот и наступит изменение. Всякий, кто не включен во зло, в свои земные амбиции, которые

лишают человека покоя и обременяют душу, почувствует этот мир. Каждый человек, где бы

он  ни  находился,  может  внести  в  это  свою  лепту. Особенно  это  важно  для  главы семьи; он

должен стараться сосредоточить свои мысли на тишине и мире и возложить все свои заботы

и беды на Господа. Господь взял на Себя все наши бремена и сказал, что Сам будет заботить-

ся о том, что нам есть и пить, и что одеть, а мы судорожно держимся за свои заботы и созда-

ем смятение себе, семье и всем окружающим.

Когда  я  отягощен  заботами  и  сам  несу  все  монастырские  хозяйственные  хлопоты,  не

возлагая  их  на  Господа,  тут  и  начинаются  и  у  меня,  и  у  братии  нестроения,  и  тогда  самое

легкое  дело  с  трудом  делается. А  когда все  заботы, и себя, и братию предаю Богу  — самый

тяжелый труд не  в тягость. А когда нет озабоченности, то и между братией согласие  и мир.

Видите, какая  великая сила в наших мыслях — сила, которая разрушает или дарует мир. И

если мы знаем об этом, то потрудимся над тем, чтобы создать мир в нашем доме, в семье, в

государстве, потому что государство — одна большая семья.

Мир  должен  установиться  в  наших  душах,  тогда и вокруг нас  будет мир. Пока мы не

сделаем этого, не будет мира. Нет мира в семье, где хозяин беспокоен мыслями. Потому и се-

бя, и своих близких мы должны доверить Господу. Бог — Сила и Мощь, Радость и Утешение,

и  , когда мы воззовем к Нему, Он даст нам Свой Божественный мир.

Господь всюду, и без Его промысла, без Его попущения не бывает ничего на земле. Ко-

гда мы укореним в себе  эту мысль, тогда все нам легко; а если бы Господь позволил нам де-

лать  все  то,  что  мы  хотим  и  как  хотим,  произошла  бы  катастрофа.  В  космосе  наступил  бы

невиданный хаос.

Он  разными  способами  напоминает  нам  о  Своем  присутствии,  но  мы  быстро  об  этом

забываем, особенно когда нам хорошо. Мы забываем, что мы здесь временно, забываем, что

нам здесь не  век вековать; а когда приходит беда, тогда — «Господи, спаси!» Так почему же

 

* Беседа в Витовницком монастыре. (Прим. изд.)

 

 

мы  не  хотим  изменить  себя  к  лучшему?  Все  вокруг нас ждут  от нас любви и внимания, не

только люди, но и животные, и растения. Все в мире связано. Ни мы не можем жить без рас-

тительного мира, ни растительный мир без нас, мы очень связаны.

Помолимся Господу, чтобы Он дал нам  сил быть добрыми, благочестивыми, мирными,

тихими,  полными  любви.  Желаю  вам  мира  и  радости  от  Господа  в  ваших  домах,  в  нашей

стране, всем людям на свете.

 

 

СМИРЕННЫЙ КАЖДОГО СЧИТАЕТ ЛУЧШЕ СЕБЯ*

 

О молитве

 

Как нужно молиться?

Слова молитвы нужно  произносить с  верой, чтобы Господь смотрел и слышал. А когда

во время молитвы в сердце что-то поднимется, «поймайте» это и «стойте» в этом...

 

Как Вы научились молитве?

Я  был  слабым  и  физически  неразвитым  ребенком.  Недалеко  от  нашего  дома  росло

большое  дерево; я часто уходил туда и там просил Бога сделать так, чтобы и я когда-то был

для чего-то нужен.

Когда  я  увидел,  что  и  родители,  и  родственники,  и  друзья  не  приносят  мне  ничего,

кроме ран, обид и боли, я решил больше не жить для этого мира, но посвятить последние дни

своей короткой жизни Богу. Я понял, что у меня нет никого на свете, кроме Господа.

 

О мире души

 

Что самое главное для духовной жизни?

Самое  важное,  я  думаю,  —  хранение  мира  в  сердце.  Любой  ценой  не  допускайте  в

сердце  тревогу.  В  нем  должны царить мир, безмолвие, тишина. Мысленный хаос  — это  со-

стояние падших духов. Наш ум должен быть собран, внимателен, сосредоточен. Только в та-

кой ум может вселиться Бог.

 

Внутренняя молитва

 

Как Вы научились умно-сердечной молитве?

Я был совсем молодым послушником, когда начал упражняться в молитве. Отец Амвро-

сий мне сказал: «Что бы ты ни делал, постоянно повторяй в себе: "Господи, Иисусе Христе,

Сыне Божий,  помилуй мя!"» Я был отроком  и послушался его всем сердцем. Каждый день я

исповедовался духовнику в том, что происходит в моей душе, а он мне советовал, что делать.

Спустя некоторое время я почувствовал, что молитва «входит» в меня вместе с воздухом, ко-

торым дышу. И постепенно молитва сама стала совершаться в сердце. Но позже, когда мой

духовник умер, многие  годы я провел в тяжелых страданиях. Скорбь раздирала душу. Я бо-

ялся, что старшие будут всегда мной недовольны, и никогда не мог расслабиться.

 

Что Вы тогда делали?

Когда как; чаще всего брал гармонику, уходил подальше и играл. Я всегда любил музы-

ку, и она приносила мне  утешение. Иногда я спрашивал себя: «Что ты хочешь? Ты что, го-

лоден, гол и бос, болен? Все тебе Господь дал, что тебе еще нужно?» Но все-таки душа пла-

кала и ждала утешения, но не было никого, кто бы мог утешить. Я ездил к разным духовни-

кам, просил совета, но ничего не помогало. Так продолжалось, пока я не прочел «Путь ко спа-

сению» Феофана Вышенского, и Господь помог. Когда нет человека, который бы утешил нас,

тогда Господь придет и через книгу и обрадует душу.

 

Стояние перед Господом

Наряду  с  хранением  мира  в  сердце,  упражняйтесь  в  стоянии  перед  Господом  —  это

значит,  нужно  постоянно  держать  в  уме,  что  Господь  на  нас  смотрит.  С  Ним  мы  должны

вставать и ложиться, работать, есть и ходить. Господь повсюду и во всем.

Из  беседки,  в  которой  мы  сидели,  открывался  чудесный  вид  на  поля  и  горы  Старец,

подняв руку, показал в ту сторону:

Господь  —  Сила,  Которая  движет  жизнью  всякого  творения,  устраивает  порядок  во

вселенной, обо всем промышляет и пребывает в сердце человеческом. Царь Славы пребывает

в каждом творении и в детях Своих.

 

О Богообщении

Человек внутри себя обретет Царство Божие. «Сойди в свое сердце и найдешь в нем ле-

стницу для восхождения в Царство Божие», — советует преподобный Исаак Сирин.

 

* Текст беседы был опубликован под названием  «Из разговора с одним монахом» в журнале «Православ-

ный миссионер», № 122, 4/1978. (Прим. изд.)

 

 

Священное  Писание  учит нас, что Царство Божие  — «праведность и мир и радость во

Святом Духе». Первый шаг к Богообщению — предать себя полностью в руки Божий. И тогда

действует Бог. Богообщение  означает то, что Господь вселяется в нас, действует в нас, наш

дух  облекается  в  Него,  Он  управляет  нашим  разумом,  волей  и  чувствами.  Тогда  мы  стано-

вимся  добровольным  орудием  в  Его  руках  — движимые  Им  в мыслях, желаниях, чувствах,

словах и делах.

 

Как человеку, который достиг высокой степени духовности, уберечься от гордости?

Это не так сложно. Богообщение — нормальное состояние духа, человек создан для та-

кой жизни. Но грех отдалил человека от нее. Мы лишь стараемся придти в нормальное  здо-

ровое состояние духа.

 

Созерцание

Когда  Царство  Божие  вселяется  в  сердце  человека,  тогда  Бог  открывает  ему  многие

тайны, он вместе с Богом «входит» в суть вещей и познает их тайну.

У Бога — все знания, и, когда Господь захочет, по милости Своей открывает их челове-

ку. Так простой, неграмотный монах, милостью Божией, познает великие  тайны: о жизни и

смерти, о рае и аде, познает, как устроен этот мир.

Когда Царство Божие вселится в сердце человека, Господь как будто срывает с разума

завесу  неведения. Человек начинает понимать не  только  тайну  творения, но и тайну собст-

венного бытия, а в какой-то момент Бог, по неизреченной милости Своей, откроет ему и Себя

Самого,  и  человек  будет  созерцать  Царя  Славы,  как  смотрит  на солнце  в прозрачной воде.

Тогда его душа соединяется с Богом, и Бог действует в ней. Такой человек только телом жи-

вет на земле, а духом — в Царстве Небесном, с ангелами и святыми, и созерцает Господа.

 

О строгости

Строгость к ближним опасна; строгие растут духовно до определенной степени, а потом

останавливаются  только  на  телесном  подвиге.  В  обхождении  с  людьми  надо  быть  мягким,

кротким и снисходительным.

 

Об атмосфере Неба и атмосфере ада

Человек, который стяжал Царство  Божие, излучает святые  мысли, Божий мысли. Роль

христианина в мире заключается в очищении мироздания от зла и распространении Царства

Божия.

Мир сей надо завоевывать хранением Неба в собственной душе, потому что если мы ут-

ратим  в себе  Царство  Божие, мы не  поможем  другим  и не  спасемся сами. Тот, кто носит в

себе Царство Божие, незаметно переносит его на других. Людей привлекает наше тепло, наш

покой, и, желая быть рядом с нами, они будут впитывать атмосферу Неба. И вовсе не обяза-

тельно говорить об этом — Небо будет сиять в нас, даже когда мы молчим или когда говорим

о самых обычных вещах; оно светится в нас, даже если мы и не осознаем этого.

 

Человек,  думающий, что  он все  знает, строптив, а строптивого  человека никто  не  мо-

жет воспитать.

 

Никто не может иметь несколько духовников, духовник может быть только один, и его

мы во всем слушаемся. В непослушного Царство Небесное не вселится, потому что он всегда

будет  стремиться  к  исполнению  своей,  а  не  Божией  воли.  В  Царстве  Небесном  исключена

возможность «царства в царстве». Этого хотели падшие духи и потому отпали от Господа, Ца-

ря Славы.

Вот,  катится  наша  планета  к  своему  концу. Все, что  доныне  происходило, а особенно

все, что происходит сейчас, проходит невероятно быстро. Царство Небесное, рай, также как

и ад — это состояние души. Мы то в аду, то в раю. Когда мы в плохом настроении — это ад,

нет нам ни покоя, ни мира, а когда в нашем сердце  радость, мы чувствуем себя в раю. По-

этому мы непрестанно должны трудиться над молитвой. Немного на земле тех, кто получает

бесплатную благодать.

Душа, попавшая в круг сумбурных мыслей, испытывает адские мучения. Например, мы

листаем  газеты или идем по улицам города и после  этого вдруг ощущаем, что внутри нас, в

нашей душе, что-то нарушилось, чувствуем пустоту, печаль. Это происходит потому, что при

чтении о разных предметах мы потеряли собранность ума, он стал рассеянным, и в него про-

никла атмосфера ада.


 
 

 

О проповедовании

Проповедовать нужно не  от ума, а от сердца. Только то, что исходит от сердца, может

тронуть другое сердце. Нельзя ни на кого нападать, никому противиться; когда проповедник

хочет уберечь, отвратить людей от зла, он должен это сделать со смирением, кротостью и ве-

ликим страхом Божиим.

 

О смирении

 

Каким должен быть смиренный человек?

Смиренный  считает  всякого  человека  лучше  себя,  и  не  только  человека,  но  и  всякую

тварь.

 

Как мы можем считать лучше себя всякую тварь, если Господь только людей увенчал

разумом и назвал сынами Своими?

Если вы будете искренни с собой, то увидите, что вы ниже многих творений. Посмотри-

те  на пчелу, как она усердна, как трудится. Беспощадно отдает себя, полностью! Пчела жи-

вет только месяц с половиной и часто погибает, работая на лугу, не успев вернуться в улей. А

муравей?

Ему не надоедает постоянно таскать что-то; а если его груз упадет, он его поднимает и

с таким же терпением продолжает трудиться. А как человек жалеет себя? Как только возник-

нет препятствие в работе, тут же бросает начатое дело...

 

Во время беседы одна бабушка спросила отца Фаддея, что ей делать, чтобы ее внуки

были благочестивыми и верующими.

Всегда будь кроткой, доброй, никогда не сердись, будь всем довольна, слушайся, тогда

и  тебя  будут  слушаться.  Может  быть,  внуки  не  сразу  станут  набожными,  но  позже,  когда

вспомнят свою бабушку, это воспоминание сделает их лучше.


 
 

 

ГОСПОДЬ ХОЧЕТ СДЕЛАТЬ ЛЮДЕЙ БОГАМИ*

 

Бог есть Свет

 

Батюшка, могли бы Вы что-нибудь рассказать нам о преподобном Симеоне Новом Бо-

гослове?

Господь так сильно хотел сделать нам, людям, добро, что ради этого сошел на землю и

воплотился. Одной нашей доброй воли достаточно, чтобы Он возвел нас на Небесные высоты.

А там, где есть добрая воля, нет никаких преград.

Бог есть Свет, Свет безграничный, непостижимый. Все в Нем Свет, в единстве Божест-

венной природы и в Личностях, Отец есть Свет, Сын есть Свет, Дух Святой — Свет, три Лица

— один Свет, простой, вневременный, совечный, равночестный и равнославный. Все, что от

Бога, все  — Свет, Любовь, Мир и Истина, Царство  Небесное, рай, умиление, райская  земля

кротких. Господь Иисус Христос Спаситель и Царь всего и вся есть Свет.

 

Вот  что  говорит  об  этом  Симеон  Новый  Богослов:  «¼Дух  Святой  зрится  как  Умный

Свет  и  приходит  с  тихостью,  принося  радование,  которое  есть  отсвет  Первого  Вечного

Света и отблеск неперестающего блаженства. Для нашего спасения необходим Умный Свет

— Божество без Него нельзя вести Богоугодную жизнь. Благодатное просвещение сокровенно

приходит к нам свыше, от Христа, действием Святого Духа. Мы не видим, как и когда оно

приходит,  и  скрывается  от  впадающих  в  гордость.  Бог  невидим  и  просвещает  невидимо.

Просвещение подается от действий Его, как и Бог невидимый познается от дел Его. Господь

каждому верному по его силе дает дар Святого Духа, который бы во всякое время и во вся-

ком деле пребывал с ним...»

Как только воссияет в духе благодатный Свет, всякая телесная немощь получает исце-

ление, в уме  исчезает всякий нечистый помысел. Тогда душа, как  отражение  в прозрачной

воде, видит все, даже малейшие прегрешения. Ум, соединившись с Богом верой, познавший

Его деланием добродетелей и сподобившийся зреть Его созерцанием, весь освещается и ста-

новится как свет, хотя  не  может описать словом видимое. Став светом, сознает Его внутри

души, изумляется и не находит ни слов, ни мыслей, чтобы сказать и подумать о том видимом

Свете.  Кто  не  пожелает из нас  узреть эти Божий чудеса, и кто  не  возлюбит Дарующего  без

цены такие преславные дары?

Сейчас посмотрим на русском, что он говорит дальше... Святой Симеон страдал и чув-

ствовал, что Бог оставил его, но когда он вошел в церковь Пресвятой Богородицы, он вдруг

узрел  в  своей  душе  неизреченный  свет.  Сердце  расширилось!  А  он  не  уразумел.  И  Господь

ему говорит: «Научись всегда видеть Меня так, как видишь солнце в прозрачной воде; и если

не станешь стараться ради этого и трудиться, все тебе напрасно. И хуже того, в осужде-

ние тебе будет, ибо если некто, пребывая в обществе царя земного, отпадет от любви, то

останется жить на земле. А тот, кто отпадет от Моей любви, лишится всякого блага, и

враги Мои сразу же пленят его. И за его прежнюю любовь ко Мне они так жестоко поступят

с ним, что невозможно высказать. Поэтому потрудись, чтобы всегда зреть Меня».

И поэтому он непрестанно упражнялся в Иисусовой молитве.

 

Душа должна сознательно отвергать зло

В свое время и я думал, что святые отцы, обретя бесплатную благодать, хранили ее всю

жизнь. Каждой ревностной душе  Господь дарует бесплатную благодать, но ждет от этой ду-

ши,  что  она  сознательно  и  полностью  отвергнет  зло  и  обратится  к  добру,  к  Господу.  Мы

должны побеждать зло  миром  и сердечной тишиной, мирными и тихими мыслями. Иначе  с

нами так и будут приключаться беды и горести. Если мы сами не смиримся, Господь не пере-

станет нас смирять. Одна и та же беда, которая приносит нам много страданий и боли, будет

повторяться постоянно, пока мы не научимся побеждать ее миром, тишиной и смирением и

не придавать ей значения. Поэтому тот, кто стремится к Богу, проходит через многие испы-

тания.  Случается,  что  и  самые  близкие  нам  люди  презирают,  отвергают  нас,  и  мы  должны

мирно, с  пониманием  принять это  и не  осуждать никого. Потому  что  мы все  ведем борьбу,

все наши родные, близкие и дальние, все в борьбе! Давайте представим, что мы на их месте

могли бы поступить намного хуже, и смиримся.

* Беседа 17 июня 1984 года в монастыре Витовница. Аудиозапись. (Прим. изд.)

 

 

Если тебя посещают скорби,

значит, Господь тебя любит

По тяжким испытаниям и скорбям, которые нам посылает Господь, мы узнаем, что Он

нас любит. Святые отцы говорили, что если не возмущается твой внутренний мир, значит, ты

выбрал неверный путь. Значит, ты что-то делаешь по воле врага, и он тебя не трогает, пото-

му что ты в его власти. У тебя все хорошо, нет особых искушений, значит, он тебя держит, а

ты не замечаешь, что ты в его власти.

Вот так и спиритисты попали во власть демона и не понимают этого. Он совсем не дает

им  опомниться. Они никого  не  хотят слушать, не  хотят оставить это зло, потому что полно-

стью оказались во власти духов злобы.

 

Враг часто искушает благочестивых

справа и пленяет их

Враг  часто  бьет  не  слева, по-вражески, а приступает к верующим  справа, потому  что

знает, что удар слева будет отражен, и он прибегает к хитрости. Он является в виде ангелов,

святых, Самого Господа и «открывает» разные тайны и события. Это всего лишь вражьи трю-

ки. Знаете, люди нередко пользуются трюками, прибегают к духовным трюкам и бесы.

 

А как люди могут понять, что это зло?

С  большим  трудом.  Настрадаются,  пока  поймут.  На  них  должна  действовать  сугубая

благодать Божия, и нужно  усердно  молиться за них. Но и это трудно, потому что, когда мы

молимся за того, кто взят бесами, тогда и мы должны нести это бремя, потому что тогда бесы

кидаются и на нас, ибо мы просим и хотим, чтобы Господь избавил их пленника из рабства.

 

Заслужил ли это человек своими прежними поступками?

У каждого человека есть свобода выбора. Каждому дано рассуждение о том, что хоро-

шо, а что плохо, но поскольку мы несовершенны, Господь действует через Свою святую Цер-

ковь.

Есть и недостойные священники, но они не смеют проповедовать ничего, что бы расхо-

дилось с учением Церкви, которой руководит Дух Святой!

Оккультисты  не  хотят  слышать того, что  им  говорит Церковь, они слушают то, что им

говорят на сеансах. Они страстно заняты своим делом, а бесы прельщают их мыслями об их

добрых (внешне) делах. Мы все призваны делать добро, но мы не делами спасаемся, ибо если

бы  спасались  ими,  то  Богу  не  надо  было  бы приходить, чтобы нас  спасти. Только милостью

Божией мы спасаемся, благодать Божия нас спасает. Мы получаем награду за дела доброде-

тели, но спасение от Бога.

 

Отец игумен, значит ли это то, что когда сердце человека спокойно, его духовное со-

стояние не в порядке?

Когда  человек  находится  во  власти  демона,  в  его  сердце  долго  может царить ложный

мир, демон не  трогает его, и у него нет искушений. У нас мир и тишина сменяются битвой.

Это попущение Божие, чтобы мы стали настоящими воинами Христовыми и знали, как побе-

дить зло. Нам нужно время, чтобы искоренить в себе плохие качества, которые с детства ук-

репились в нас и часто дают о себе знать; мы должны приобрести духовный опыт, чтобы ос-

вободиться  от  них.  Нам  нужна помощь опытных  людей, которые  сами прошли эти  ступени

духовного роста, чтобы они нам объяснили, как мы можем победить в себе плохое, как нам

сохранить (или вернуть) душевный мир.

Святой Исаак Сирин нам говорит: «Всеми силами храни душевный мир. Не отдавай его

ни за что на свете! Примирись с самим собой. И помирятся с тобой и земля и Небо!»

 

Какие мысли тогда приходят в сердце?

Тогда в сердце  человека наступает тишина. Нет мыслей... Наша жизнь зависит от на-

ших мыслей — если они полны мира и добра, то и наша жизнь такова, если мысли разруши-

тельны, не будет нам ни мира, ни покоя. Стоит кому-то сказать нам слово поперек, мы взры-

ваемся. По этому мы можем определить, в каком мы состоянии. Видите, как мы слабы, как

небрежно храним мир. Нам надо учиться хранить мир в сердце.

 

Что необходимо для обретения и сохранения мира?

Во всем необходимо внимание, внимание и рассуждение. Господь сказал Иисусу Нави-

ну, чтобы он поступал благоразумно во всех предприятиях своих.

Прежде  чем что-то сказать, давайте рассудим, принесут ли наши слова пользу или вы-

зовут обиду; если так, то лучше промолчать. Все надо делать с рассуждением. Когда есть рас-

суждение, есть и внимание. Внимание необходимо при молитве, оно должно предварять мо-

литву, чтобы мы понимали, о чем мы молимся, что просим.

 

 

Как  достигается  внимание;  предваряется  ли  молитва  безмолвием  перед  Господом?

Как нужно безмолвствовать пред Господом?

Святые  отцы говорят: «Молитва требует трезвения,  удаления от людей,  всякого  без-

попечения и безмятежности...»

Мы молимся рассеянно, мы не предаемся воле Божией, нам все кажется, что мы долж-

ны обо всем думать, а у Бога много других забот с целым миром, со вселенной. Следователь-

но, мы маловерны, нет в нас доверия к Богу, все спрашиваем, вспомнит Он о нас или нет?

А  Господь обо  всем  думает, мы только должны Ему  внимать: «Сия же есть жизнь веч-

ная, да знают Тебя, единого истинного Бога, и посланного Тобою Иисуса Христа». Это значит,

что  каждое  событие,  даже  самое  незначительное,  которое  происходит  с  нами  или  рядом  с

нами,  указывает  на  промысел  Божий  или  попущение  Его. Ничего  в космосе  не  происходит

без действия промысла и попущения Божия. Все, что прекрасно и возвышенно — промысел

Божий; все, что хаотично, Господь ведает, почему это так, ибо Он попустил, чтобы так было.

Если мы будем жить с такой верой всюду, всегда в присутствии Божием, то всякое на-

ше дело будем делать от всего сердца. Не человеку работаем, а Богу! Каждое дело — от Гос-

пода. Тогда мы будем жертвовать собой ради дела. А пока в нас нет самопожертвования, мы

неспособны для Царства Небесного.

Мы во всем хладнокровны, в любом деле, не отдаемся без остатка. А Господь постоянно

отдает Себя Самого без остатка и хочет от нас того же, но наша сдержанность отделяет нас

от Бога и Царства Его. Поэтому мы здесь должны научиться Небесной жизни, быть послуш-

ными и полностью преданными воле Божией; что бы с нами ни происходило, принимать все

как из руки Божией, не  сомневаясь. А обстоятельства? Он знает, что мы можем вынести, а

что  нет. Он знает, какие  искушения  нам  по  силам, что  мы можем  победить мирно, так что

если позже подобное повторится, то уже не коснется нашего сердца, потому что душа не бу-

дет в этом участвовать.

События  идут  своим  чередом,  а  мы  вмешиваемся  в  них,  разрушаем  свой  душевный

мир, вмешиваемся туда, куда не  надо. События, которые  попустил Господь, идут своим хо-

дом, и, если мы стяжали сердечный мир, они пройдут мимо нас и не повредят нам, а если мы

включаемся в них, то страдаем.

 

Святому Симеону Бог явился как Личность, а является ли Он так сейчас?

Святой Симеон Новый Богослов и те  времена описывал, как времена, оскудевшие чу-

десами и явлениями Божиими. Некоторые восставали против святого Симеона. А он описал

действительные события своей жизни.

Видите, и он писал, что, хотя он и получил утешение, но потом снова пришла горечь и

равнодушие  ко  всему,  даже  к  спасению. Он думал: «Господь забыл и оставил  меня,  отвер-

нулся от меня. Что я сделал такое, что Он меня отверг?» Печаль святого была смиренной, а

Господь дал ему испытать, истинно ли он взыскует Его, хочет ли неразлучно быть с Ним.

Так  Господь  попускает  нам  «заплыть  на  глубину»,  а  когда  мы  видим,  что  не  можем

плыть  сами,  взываем:  «Спаси,  Господи!»; но  нет,  мы  должны  и  сами  помахать  руками туда-

сюда. Но когда наступает критический момент, тогда Господь приходит и спасает, как апо-

стола Петра.

 

И это происходит тогда, когда человек признает свою немощь, неспособность бороть-

ся, когда почувствует себя отвергнутым ?

Да,  потому  что  душа  смиряется.  Святого  Симеона  Нового  Богослова  и  других  святых

отцов спрашивали: «Как человек может чувствовать,  что  он самый грешный на земле?» А

он (Симеон) искренне отвечал: «Я так чувствую». На самом деле это благодать Божия хранит

душу в смирении. И правда, человек чувствует, что он ниже всех, ниже всякого творения.

 

Благодать Божия хранит душу в смирении

Чувство своего ничтожества свидетельствует о том, что благодать Божия хранит душу в

смирении. А будь иначе  мы, немощные, сразу бы вообразили, что мы — «нечто»; а что у нас

есть своего? Ничего нет. Мы — оружие в руках Божиих и должны быть полностью Ему пре-

даны. А Он будет руководить нами по святой Своей воле.

 

Послушание нужно исполнять

Вот видите, и мне тяжело далось мое послушание.

В 1943 году, когда я второй раз был арестован немцами, мне было открыто, чтобы я не

боялся смерти, а я уж думал, что не выйду живым из фашистских застенков. Первый раз ме-

ня  обвинили,  что  я  еду  в  Банат  создавать  коммунистические  ячейки,  и  тогда  немцы  взяли

меня на заметку, а когда меня схватили второй раз, я духовно пал, думал, все, жизни конец,

все кончено. Но мне явился ангел и сказал: «Не бойся, многих тебе еще придется утешать и

ободрять!» Так и сказал. Но я тогда это не понял. Только спустя какое-то время понял, когда


 
 

 

отец  Арсений мне  писал, чтобы я без колебаний отправлялся на Афон, потому что «владыка

благословит». Но  владыка  не  благословил, и, когда я  первый раз оказался на Святой Горе  в

1959—1960 гг., мне пришлось вернуться, потому что это было не по воле владыки. И когда я

размышлял, почему мне не открывается путь, то вспомнил то событие в тюрьме, в 1943 году.

Послушание  нужно  исполнять. Но, опять же  скажу, очень мне  было  тяжело. И  если бы Гос-

подь не снял с меня это бремя, я бы сам не смог, не смог бы выбросить из головы свои тяж-

кие  размышления.  Итак,  видите,  надо  нести  послушание,  пока  Господь  дает  здоровье  и

жизнь. Но, слава Богу, что Он освободил меня от этого гнета.

 

Как человеку уберечься от славолюбия?

Благодатное  действие, которое даруется вначале, продолжается до тех пор, пока внут-

реннее  внимание человека обращено к Богу. Человек старается, трудится, все ради Господа

делает и всюду Его видит, в каждом творении. И пока внимание человека устремлено на Бо-

га и Царство Небесное, он видит мир Божиим и не превозносится.

 

Как только наше внимание отвлекается

от Бога, мы теряем душевный мир

Понимаете, в каждом человеке  таинственно живет Господь, независимо от того, почи-

тает ли Его человек или нет. Но Он здесь, в центре жизни. Он движет жизнью.

Пока внимание  человека сосредоточено  в сердце, до  тех  пор сохраняется внутренний

мир и Божественная радость, которые даются новоначальным бесплатно. А позже, как толь-

ко наше внимание рассеивается и обращается к каким-либо земным предметам, к мертвым

вещам или живому существу, мы сразу же теряем душевный мир, потому что не может чело-

век служить Богу  и мамоне. Тот предмет, которому мы посвятили свое  внимание, входит в

наше сердце и занимает Божий Престол, занимает сердце. Это может быть слава, честь, бо-

гатство или красота... И если что-то земное восходит на трон, то поселяется и живет в нас. В

зависимости  от  того,  к  чему  обращено  наше  внимание.  Поэтому,  от  того,  к чему  обращено

наше внимание, мы зависим, оно владеет нами.

 

Сколько людей спасется?

Ну, это только Господу ведомо. Господь всем желает спасения, каждого зовет. Но много

званых, мало избранных. Будем молиться о том, чтобы нам оказаться в рядах Его избранных,

чтобы  Он  нас  не  оставил,  потому  что  мы  слабы.  Мы  не  ангелы,  ангелы  не  пристрастны  к

тварному.  А  мы  как  увидим  что-то  привлекательное,  то,  что  нам  по  вкусу, сразу  хотим  это

получить; но стоит получить, быстро пресыщаемся и спешим за следующим предметом. Нам

уже хочется другого, наши чувства ненасытны. И если мы таковы, тогда что мы ожидаем от

ближних? Значит, надо твердо стоять в том, что неизменно и непоколебимо. Мы ищем опоры

здесь,  на  земле,  но  любая  наша  опора  ненадежна  и  недолговечна,  нет  у  нас  постоянной

прочной опоры, единственная опора — Господь. Он неизменен и всегда один и тот же вовеки

веков, и уповающий на Него не постыдится.

 

Почему мы так упорно ищем земной опоры, если знаем, что она непостоянна?

По нашей слабости. Мы дети. Но мы дети Отца Небесного и должны искать опоры в Ро-

дителе. Но  физически мы рождены от земных родителей и ищем опоры в плотских родите-

лях. Но  и они не  свободны от печалей, и на них наваливаются беды и трудности, мы зовем

их,  но  им  не  до  нас,  они  говорят:  «Ты  уже  взрослый,  у  тебя  своя  голова  на  плечах,  решай

сам».  А  Отец  Небесный  никогда  нас  не  сторонится,  Он  всегда  нас  видит,  постоянно  ведет

нас,  если  наше  сердце  открыто  для  Него. А  мы ждем  опоры в этом  мире. Трудно  ее  найти,

очень  трудно  найти  в  жизни  единомышленника.  Святые  отцы  говорят,  что  если  ты  нашел

единомышленника — нашел спасение, а это большая редкость.

Только дважды в жизни я встретил людей, которые жили в браке душа в душу.

Я рассказывал вам  об  И., недавно он умер. Удивительно, как Господь объединил его и

его супругу — они жили в браке больше пятидесяти лет, а он говорил: «Я и моя Мира ни разу

плохого слова друг другу не сказали; что хочу я, и Мира хочет, что хочет Мира, и я хочу». А

он был милиционером, сталкивался с разными людьми, с преступниками. Приходит домой в

плохом  настроении,  тяжело  на  душе,  а  Мира  встречает  его  всегда  тепло,  с  любовью.  И  он

приходил в себя, в их доме был рай.

Когда мы кого-то любим, мы часто думаем о том человеке. Понимаете? Чем больше мы

кого-то любим, тем больше внимания мы ему посвящаем. Будем думать и о Господе постоян-

но, зная, что все в Его власти, только Он может все. Тогда зачем и к кому еще обращаться?

Кто сильнее Его? И Он здесь, рядом, в сердце, в центре жизни.

А когда мы обращаемся к Богу, тогда наше сердце начинает разгораться. Наше сердце

разгорается настолько, и пламя в нем тем сильнее, насколько больше сосредоточение наших

мысленных сил в Боге. И потом увидите, как постепенно начинают меняться обстоятельства,

 

 

все вокруг нас начинает меняться, потому что мы начинаем излучать любовь и покой. Меня-

ются  мысли и тех, кто нас окружает! Если кто-то восставал на нас, то мы отвечали ему тем

же,  а  сейчас  прекратили  войну.  Хотим  мира.  И  другой  стороне  не  с  кем  воевать.  Одна  из

воюющих сторон должна уступить, а это мы! Господь заповедал нам любить врагов и молить-

ся за них. Вот, видите.

 

©Нет  большего  греха,  чем  молитва  без  страха  Божьего»,  а  что  такое  страх  Божий?

Мне трудно это понять; если мы говорим, что Бог есть Любовь, то чего тогда мне бояться?

Страх Божий — это не тот животный страх мира сего. Мы постоянно боимся животным

страхом,  а  нам  надо  его  в  себе  победить,  это  адское  свойство.  Нас  постоянно  преследует

страх, вся жизнь в страхе — боимся завтрашнего дня, боимся будущего, не зная, что с нами

будет дальше. Это животный страх. Страх Божий в том, чтобы, всем сердцем любя Его, бо-

яться  оскорбить  или  опечалить  Его  своими  делами,  словами  или  мыслями.  Следовательно,

желание делать все  по воле Его, Ему на радость. Вот в чем заключается страх Божий — ни-

чем не огорчать своего Родителя. А наш ум везде хочет успеть, всюду сует свой нос, где надо

и где не надо, а потом обвиняем других. Сами виноваты — расслабились, думали о вещах, в

которые нам не следует вмешиваться.

Или,  например,  когда  мы среди людей, в коллективе, и там  ссорятся, препираются  —

особенно  на  собраниях. Святые  отцы говорили, что  на собраниях  лучше  хранить молчание;

пусть  другие  предлагают,  ты  слушай  и  молчи.  А  если  должен  что-то  сказать,  то  скажи  так,

чтобы никого не обидеть, не задеть достоинство. Но лучше не впутываться — делай свое дело

и храни свой мир.

Со мной был такой случай: хотел отстоять правду, но неправда победила меня. Апостол

Павел научил нас лучше терпеть неправду, так как для терпящих неправду суд Божий явля-

ется благодеянием.

 

Хорошо терпеть, неправду по отношению к себе, а не по отношению к другому?

Нам  это  больно, мы можем  отстаивать правду, но  будет  ли она принята?  Господь, по-

пустивший  неправду,  знает,  для чего  ее  попустил. А  словами мы не  сможем  ее  остановить,

словами мы можем лишь задеть чье-то достоинство, наши слова могут стать причиной того,

что с тем, кого мы хотим защитить, обойдутся еще более сурово. Мы защищаем, а на самом

деле только осложняем положение. Если тем человеком управляют духи злобы и зло кипит в

нем, разве  мы повлияем на него словами? Нет, наоборот. Скажем что-то в защиту того, кто

терпит  неправду,  и  только  навредим  ему.  Единственный  способ  защиты  —  воззвать  всем

сердцем Тому, Кто дарует правду, чтобы Он все устроил.

 

Я  прошу Вас рассказать о духовной жизни. Вы сказали, что нас не должны занимать

мысли о мирских вещах, но можем ли мы как-то думать о будущем?

Мы  не  знаем,  что  с  нами  будет  и  через  две-три минуты. Будущее  не  в нашей власти,

следовательно, мы должны быть свободны от этих мыслей. Все нужно предать в руки Божий,

Он — единственный, Кто планирует, единственный, Кто знает, что будет с этим миром, а нам

надо освободиться от натиска этих мыслей — что будет, как будет?

Люди ищут мира и свободы, но они, бедные, и не знают, что такое свобода, они дума-

ют, что свобода — это когда можно все. Но это «все» не свобода, а плен. Мы всегда в плену.

Если у нас есть все на свете, то мы в плену у своего богатства, и нет нам ни мира, ни покоя.

Можем ехать, куда хотим, делать, что хотим, но это опять не свобода. Свобода — это Божия

свобода от тирании мысли; только тогда мы обретаем мир, только тогда человек живет в мо-

литве, работает по совести, трудится, всякому делу предается сердцем. Ни с кем не воюет —

мысленно  не  воюет,  —  со  всеми  живет  в  мире,  не  принимает  обиды  близко  к  сердцу.  Его

спрашивают: «Как ты приобрел мир, тебя как будто не волнует эта жизнь? Мы нервнича-

ем,  страдаем,  а  тебе  ничего  —  не  обижаешься,  не  переживаешь?  Как  ты  добился  этого?

Разве это возможно? У нас нет таких сил!»

А это Господь хранит нас.

 

Могу ли я жить без мыслей?

Для духовной жизни нужно бдительное сердце; а сердце бдительно, только когда чело-

век трудится от сердца — тогда оно горит, всегда горит, и человек всякое  дело делает всем

сердцем, ради Господа.

А когда нахлынут волны мыслей, захлестывают думы о разных заботах и проблемах, об-

ратимся к Богу немедля и сделаем, так как велит Господь. И пребудем в молчании, поскольку

мы не можем сразу совладать с помыслами, надо помолчать. Господь знает Свой план о нас,

что мы можем, а что нам не  по силам. Смиримся в молчании, успокоимся и дадим дело на-

шему уму, потому что он привык скитаться. Дадим ему дело — пусть молится. Пусть молится

с  участием  сердца  и  постепенно  привыкнет  к  молитве,  и  молитва  станет  привычной,  как

всякое дело; приучим его к молитве, и потом — руки делают, работа идет, а ум молится. Мо-

 

 

лится  внутри, без слов; а когда Господь увидит наш труд, что  мы ищем  Его  и хотим быть с

Ним  вовеки  неразлучно,  тогда  Он  дарует  нам  благодатную  силу,  и  сердце  непрестанно  мо-

лится.

 

Когда я молюсь, нужно ли молиться своему представлению о Боге? Я не могу предста-

вить Бога как Личность.

На молитве  нельзя  ничего  представлять, не  должно быть никаких образов и представ-

лений.

 

Я не представляю конкретного образа, скорее, некое неясное ощущение, а когда пыта-

юсь представить образ, сразу все исчезает.

Мы знаем, что Господь воплотился в Человека, и мы Его знаем как Человека, Спасите-

ля. Видите, как Он приблизился к нам? Он близок нам не  только по духу, но и по плоти, мы

Его родные. Мы — Его. И если мы Его, то и мы должны приблизиться к Нему сердцем.

Когда молишься, будь внимателен к словам, которые  произносишь, здесь должно быть

твое внимание, потому что ум способен ко всяческим мечтаниям. В мыслях мы можем пред-

ставить любой образ, и тогда нам как будто является нечто, мы полностью убеждены, что это

нам является. Нет, так нельзя! Дело в том, что мы рассеянны и разбиты. Святые отцы учат,

что во время молитвы нельзя размышлять о предметах, то есть пытаться их представить, ни

о смерти, ни о Суде, ни о рае, ни и об аде... Нужно быть очень внимательным к словам, к то-

му, о чем просим, о чем молимся. Здесь должно быть внимание!

Господь является нам лишь в исключительных обстоятельствах. Мы слабы и не сможем

распознать духовные видения, кто нам явился — ангел или падший дух, мы горячие головы,

и вот, пропала душа! Святые отцы молились о том, чтобы не иметь никаких видений, чтобы

им ничего не представлялось.

Значит, поскольку ум  любит блуждать, займи его  вниманием  к тому, о  чем  молишься,

что просишь в молитве.

На молитве человек должен чувствовать, что он один на один с Богом, что больше нико-

го  нет на свете, только он и Бог, и тогда он обращается к Нему. Понимаете? Не  следует ду-

мать о себе, потому что если мы подумаем о себе, о своих потребностях, сами себе помешаем.

Нам  мешают  не  другие,  мы  сами  себе  мешаем.  Мы  сами  себе  —  наибольшее  препятствие.

Думаем о зле, которое вокруг нас и кружит повсюду; но если бы зла не было в нас самих, оно

бы нас не  задевало. Зло  —  в нашей душе, и мы виноваты, что приняли его и не  сохранили,

разрушили  мир.  Кто-то  там  нам  угрожает,  наговаривает  —  пусть,  у  него  свободная  воля.

Пусть делает, что хочет, а у нас свое дело — хранить свой душевный мир.

 

Я хотел Вас спросить, имел ли Ваш духовник отец Амвросий Иисусову молитву?

Да, он постоянно  молился и имел память смертную. В разговоре, что бы он ни сказал,

он  вызывал  в  сердцах  любовь.  Знаете,  он  нес  великое  утешение, он свидетельствовал, КАК

человек должен вести духовную борьбу, КАК молиться, КАК трудиться, чтобы стать истинным

чадом Божиим.

 

Расскажите  нам  о  целомудренной жизни в браке и о власти мужа над женой. Что об

этом говорят святые отцы?

Не  только монахи призваны к воздержанию. Монахи дают обеты, три обета: послуша-

ние, безбрачие и нестяжание.

Но воздерживаться должны все, не только монахи. Брак установлен не ради удовлетво-

рения  страстей.  После  грехопадения  все  повредилось.  Смотрите, в природе  все  имеет свой

ход  и порядок, а у  человека нет этого. Все  у  нас  искривилось, исказилось, а все оттого, что

мы  непослушны,  что  попрали  заповедь  Отца  Небесного.  Нужно  вернуть  человека  в  перво-

зданное состояние, а для этого необходимо воздержание. Не оправдаются муж и жена, если

они шли только на поводу страстей, и ответят пред Богом за невоздержание. Но святой апо-

стол учит, что  воздержание  не  должно  быть слишком долгим, и по  договору, чтобы враг не

искушал  супругов.  Когда  нужно  воздерживаться от брачного  ложа?  Известно: во  время  по-

стов и по великим праздникам.

А послушание жены мужу установлено после грехопадения. Когда Ева преступила запо-

ведь и Адам послушался ее, Господь сказал ей, что отныне ее воля будет в подчинении воле

мужа. Господь подчинил волю женщины власти мужа — неважно, каков он, хорош или плох.

Для наших матерей слово мужа должно быть свято, а это очень трудно, они не могут с этим

согласиться, нарушают заповедь и, нарушая ее, причиняют зло и себе, и мужу, и детям. По

этой причине нет мира в семье, из-за непослушных жен.

Я уже говорил об одном еврее. Я был очень удивлен, знаете. Во время фашистской ок-

купации в 1943 году приехала одна верующая из Белграда, привезла какие-то вещи, зимнее

пальто и еще что-то и говорит, что у одной ее подруги есть тяжелобольная дочь, девочка де-

вяти лет, парализованная, умственно отсталая. Мать хотела бы причастить ребенка и просит

меня усердно молиться об исцелении ее дочери. Я согласился. Молился, усердно молился, и на

меня напал дух блуда! О, люди, не могу больше молиться! Побежал к духовнику, говорю ему:

«Как только перестану молиться, приходит мир, а молюсь — теряю мир!»

 

А Вы дали обещание молиться?

Да, и принял от нее  пожертвование. И должен был трудиться. И когда я пришел к ду-

ховнику, он говорит мне: «Молись! Молись!» А потом я увидел, что и у преподобного Серафи-

ма  Саровского  были  подобные  искушения.  Так  вот,  как  только  оставлю  молитву  за  нее  —

мир, а начну — опять то же самое.

Когда  она  пришла  в  следующий  раз,  я  ее  спросил: «Она твоя подруга,  вы откровенны

друг с другом, можешь что-нибудь о ней рассказать? У меня большие искушения, когда я мо-

люсь  за нее».  Она  рассказала,  что  та  женщина оставила мужа и муж  в сердцах  предрек ей

болезнь ребенка. Тогда я понял, какова власть мужа над женой. Также как и родителей над

ребенком и духовных родителей — епископа в епархии и священника в приходе.

 

Что можно сказать о том, что сегодняшнее общество тяготеет к эмансипации жен-

щин, в том смысле, что женщина все более отделяется от мужа?

Общество считает, что современная женщина находится в подчинении. Это не так; ес-

ли бы наши матери не  нарушали заповедь послушания, знаете, все было бы по-другому, и в

семье, и даже  в государстве. Потому что нарушение заповеди влечет за собой очень серьез-

ные последствия. Тяжелые последствия!

И когда мы не слушаемся родителей и огорчаем их, последствия нашего непослушания

мы ощущаем всю жизнь.

 

А когда, скажем, речь идет о решении принять монашество? И если родители бы рас-

строились и не смогли понять сына, насколько тяжелы были бы последствия родительского

неблагословения в нашей жизни?

Эти последствия будут сказываться всю жизнь.

Видите ли, если наши родители безбожники и явные враги Христа, то благодать Божия

не покрывает их; а поскольку наши родители не враги Богу, тогда наше непослушание будет

иметь последствия. Какими бы желаниями мы не руководствовались, но если нет благослове-

ния родителей, все идет не так, как следует.

 

Хорошо  слушаться  родителей,  но  как  быть  с  родителями,  которые  совершают  грех

детоубийства? Нужно ли слушаться родителей, которые убивают своих детей?

Родитель  есть  родитель,  он  для  детей  святыня,  каким  бы  грешником  он  ни  был.  Если

сын расстроит его и отец скажет: «Сынок, знай, тебе это в жизни вернется!» — и так будет.

Потому  что  родителям  дана власть от Бога, и она не  отнимается. А  в день Страшного  Суда

все  мы  дадим  ответ,  и  родители  дадут  ответ,  за  все  ответят,  но  на  земле  они  властны  над

своими детьми. То, что они скажут, — аминь! Решено!


                               ДАЛЬШЕ....
 

 
 
Пошаговая инструкция продвижения видео на youtube. здесь